Читаем Терминаторы полностью

- А разве что-то не так?

- Не надо водить меня за нос, Риз, - Старик едва сдерживал гнев. - Ты и так все заметил. В голосе чувствуется напряжение, определенное беспокойство и, если тебе будет угодно, даже страх. Твое беспечное "разве" меня не обманет, её слова поколебали твое ослиное упрямство, я это слышал. Ну, ладно, так ты туда едешь?

Я подошел к двери, и мой голос даже для его ушей прозвучал относительно спокойно.

- Я же сказал тебе, что сделаю все возможное, но когда и как определю сам. Не надо меня учить, генерал-сахиб. Так мы только теряем нервы и время.

Улица встретила палящим солнцем. Я не сказал всей правды, утверждая, что не знаю, к кому обратиться. Конечно, мне не удалось бы связаться с Гаффером в Лондоне - никто за пределами очень ограниченного круга лиц не знал номера его телефона. Зато я знал номер одного инспектора в Калькутте, а пользоваться телефоном в бунгало не хотелось. Старик специально подслушивать не станет, но расслышит каждое оброненное слово в радиусе сотни ярдов. На почте в поселке должен быть телефон. Конечно, вокруг могло оказаться слишком много посторонних ушей, но при желании с этим нетрудно справиться, да и на помощь патана можно было положиться.

Стоило мне ступить на пыльную дорогу, как сидевший у ворот на корточках Сафараз тут же пристроился рядом.

- Мохаммед Ишак хочет поговорить с человеком в Калькутте, - сообщил я. - Это насчет лошади, очень быстрой лошади, которая будет участвовать в скачках в Лахоре. Вокруг почты в наши дни слишком много ушей для такого телефонного разговора.

Он довольно ухмыльнулся и поиграл рукояткой своего ножа. Патан любил подобные вещи.

- Если они не прислушаются к доброму совету, им придется поднимать эти самые уши с земли, чтобы сделать из них хлопушку для мух, - провозгласил Сафараз и вырвался вперед.

Когда я пришел на почту, которая в наши дни стала для бездельников средоточием общественной жизни, в том конце, где стояла открытая телефонная кабина, наблюдалось полное отсутствие посетителей. Неподалеку от неё облокотившийся на прилавок Сафараз старательно чистил своим кинжалом ногти.

В тот день мне сопутствовала удача: не прошло и получаса, как удалось дозвониться по нужному телефону. Я назвал пароль, который мне дали в те дни, когда я работал на эту контору, и сказал, что Мохаммед Ишак хотел бы обсудить с Уэйнрайтом - сахибом цены на горох, если, конечно, мне могут сказать, где его в данный момент найти. Бесстрастный голос произнес новый пароль, на который я дал отзыв. Тогда у меня поинтересовались, почем плов (т. е. безопасность) в наших краях, и я ответил, что все в разумных пределах. Потом у меня спросили номер телефона, с которого я звоню, получили его и сказали:

- Оставайся там, Рэмри.

"Рэмри" значило, что мне перезвонят.

Не надо спрашивать, каким чудом удается обстряпывать такие дела. Звонок в Лондон или из Лондона в такой дыре как эта обычно означает двенадцатичасовую задержку, но Гаффер смог прорваться уже через пару часов.

- Плов? - снова поинтересовался он, и я повторил, что все находится в разумных пределах.

- Я уже два дня пытаюсь с тобой связаться, - упрекнул голос с другого конца света. - Тебе не известно, где болтается эта задница?

- Понятия не имею, сам хочу с ним связаться.

- Зачем?

- Личные причины. Как тебе известно, они свойственны даже самым угнетенным классам.

- Таким, как моя задница. Вернемся к делу. Что ты узнал?

- Ничего, что мог бы в данный момент сообщить. Я же сказал, что плов более-менее сносный, но не больше. Полагаю, может понадобиться помощь, но прежде чем вступать в дело, мне нужен намек, где он или чем занимается.

- Не могу сказать, - протянул он, и если бы я не видел старого пройдоху насквозь, то сказал бы, что он весьма встревожен. - Богом клянусь, нам самим хотелось бы знать. Птичка упорхнула. Мы даже не знаем, на чьей он стороне. Ты же вышел на его след, верно?

- Да.

- И думаешь, он где-нибудь поблизости? Правда?

- Возможно.

- Тогда следуй за ним. Мы даем тебе карт-бланш, сам планируй свои действия. Отчет по этому же каналу. Только найди, потом принимай командование на себя и притащи его назад. Как в последний раз.

- А если он не захочет вернуться?

- Уничтожь, - всего одно слово, категоричное и решительное.

- Это не для меня. Для этого найди кого-нибудь еще.

- Если он переметнулся к противнику, а это по моим прикидкам вполне возможно, - зло бросил Гаффер, - то у меня нет другой кандидатуры. Все это в наших с тобой интересах. Или тебе хочется принять на себя всю ответственность за собственное бездействие? Боже праведный, да он Блейку пятьдесят очков вперед даст!

"Блейк" для нас стало нарицательным именем, не хуже "Квислинга". Когда Джордж Блейк перебежал к ним, в разных местах от Гамбурга до Гонконга провалились сорок три агента, а на восстановление агентурной сети ушло не меньше трех лет. Нет, вешать на меня ответственность за его художества абсолютно излишне.

- Роджер, - буркнул я; это означало, что мне нужны инструкции.

- Я предпочитаю "Уилко", - сказал Гаффер. Это значило, что я буду действовать согласно полученного приказа.