Читаем Тени теней полностью

После того как мы дотащились до раздевалки, чтобы приготовиться к тренировке по футболу, появился другой учитель физкультуры, мистер Дьюхерст, чтобы проводить нас на поле. При других обстоятельствах оставалось бы только этому порадоваться. Любимчиков у Дьюхерста не было, и даже самых хулиганистых ребят он всегда держал в узде, в результате чего на поле всегда было куда меньше насилия. Но, наверное, впервые после нашего перевода в Гриттен я был бы только рад видеть на его месте Гудболда, и когда по пути на поле увидел, как Чарли улыбается каким-то своим мыслям, это лишь усилило чувство смутной тревоги, не отпускавшее меня с самого утра.

Что-то и впрямь произошло.

«Я всерьез волнуюсь насчет всего этого, Пол».

К началу большой перемены нервы у меня уже буквально гудели. Мы с Джеймсом направились вниз, в комнату «С5-б», – наши шаги гулко отдавались внутри пустой лестничной клетки, и было ясно: то, что давило на Джеймса с самого утра, за последние несколько часов навалилось на него еще большей тяжестью. Когда он толкнул дверь, мне опять захотелось его успокоить. Сказать ему, чтобы не волновался. Что все обязательно будет хорошо.

Вот только я никак не мог подобрать слова.

Чарли и Билли сидели на своих обычных местах, но остальная часть комнаты сегодня казалась гораздо темнее. Мне понадобилась секунда, чтобы понять почему. Ближайшие к двери лампы были выключены, в результате чего оба устроившиеся в самой глубине комнаты были ярко освещены и словно притягивали нас к себе из темноты. Это что, нарочно? Подумалось, что наверняка да. Чарли, как всегда, тщательно обставил сцену предстоящего действа.

Пока мы с Джеймсом пробирались между штабелями парт, я окончательно решил, что с меня хватит – что я больше не позволю Чарли собой манипулировать. Сейчас мы не в полном одиночестве в лесу, где вокруг ни одной живой души – здесь мне ничего не угрожает. Так что я позволил себе выпустить на поверхность некоторую часть того гнева, который изо всех сил пытался подавить вчера. В чем бы ни заключалась конечная цель всего этого эксперимента, его явно было пора прекратить.

– Ну, – произнес я. – И че это, блин, за спектакль?

– Сядь.

Я демонстративно проигнорировал Чарли, – но Джеймс, естественно, поступил как велено. Когда он вытаскивал из сумки свой дневник сновидений, руки его дрожали.

– Итак, что всем нам снилось? – вопросил Чарли.

– Вообще-то я спросил тебя, что за дела.

Он терпеливо улыбнулся.

– Джеймс?

Тот нервно посмотрел на меня.

– Я хочу, чтобы Пол рассказал первым.

Чарли покачал головой.

– Нет.

– Я не хочу рассказывать, что мне снилось.

– Что ж, тогда я это сделаю.

Чарли протянул руку за дневником Джеймса – жестом, полным уверенности в том, что никто не посмеет ему перечить.

– Ты не обязан, – сказал я Джеймсу.

Но Чарли продолжал протягивать руку, и я увидел, как Джеймс послушно повинуется. Да, он не хотел, чтобы его запись зачитывали, но Чарли заимел над ним такую власть, что Джеймс был просто не в силах ему отказать.

Чарли открыл дневник Джеймса.

– «Мне снилось, что я комнате «С5-б», – начал зачитывать он. – Чарли и Билли тоже там были, без Пола. Воздух был какой-то странный и жидкий – как будто плаваешь в воде. Потом я подошел к двери, выглянул в окошко сбоку от нее и увидел, что Пол стоит там, с обратной стороны».

Джеймс стрельнул в меня взглядом и тут же быстро отвернулся.

– «Мне не было его видно как следует, – продолжал Чарли. – Его лицо было искажено, и вроде было похоже, что он присутствует в этом сновидении как-то не полностью. Вид у него был испуганный. Я попытался заговорить с ним, но не думаю, что ему были слышны мои слова. А потом он куда-то пропал».

Теперь Джеймс окончательно уставился в пол, совершенно неспособный встретиться со мной взглядом. Я просто не мог поверить тому, что только что услышал. Его сон почти полностью соответствовал моему собственному, и даже принимая во внимание инкубацию, они никак не могли закончиться столь сходным образом. В голову мне могло прийти только одно объяснение.

Он сделал эту запись в дневнике после разговора со мной в автобусе.

«Я хочу, чтобы Пол рассказал первым».

Поскольку, зачитав ее после моей – когда бы выяснилось, что они практически идентичны, – Джеймс произвел бы впечатление на Чарли и доказал его правоту, пусть даже и знал бы в глубине души, что все это вранье и фантазии.

«Господи», – подумал я.

После всего, что у нас с ним было за прошедшие годы – когда я всегда горой стоял за него и всячески опекал, – теперь Джеймс докатился до того, что был готов использовать меня, только чтобы подтвердить весь этот бред, придуманный Чарли.

– Полная чушь, – сказал я.

Чарли оторвался от чтения.

– Что?

– Я сказал, что это полная чушь.

– Почему? – Он перевел взгляд с меня на дневник и обратно, изображая растерянность. – Это то, что записал Джеймс. Ты вообще о чем?