Читаем Тени истины полностью

Арадель сделал знак Мараси следовать за ним. Они миновали Уэйна, который, расположившись на церковной скамье, жевал жвачку и глядел вверх, на труп; вышли из куполообразного нефа и оказались в маленьком фойе, где на скамьях сидели люди с пепельными лицами. Это были служители, помогавшие отцу Вину совершать ритуалы согласно правилам Церкви Выжившего.

Возглавлявшая их седоволосая женщина в строгом платье церковной матроны вытирала слезы, несколько юных служителей прижимались к ней, пряча глаза. Неподалеку стоял Редди. При виде Араделя он сунул планшет под мышку и отдал честь. Обычно главный констебль октанта не вмешивался в такие дела, но Арадель много лет сам вел расследования.

– Займетесь допросом, сэр? – спросил Редди.

При слове «допрос» служители заметно напряглись. Мараси захотелось отвесить Редди пощечину из-за его тона.

– Нет, – сказал Арадель.

– Слушаюсь, сэр. – Редди поправил галстук, вытащил планшет и шагнул к служителям.

– Вообще-то, – продолжил Арадель, – я тут подумал, что нам стоит поручить это лейтенанту Колмс.

Мараси ощутила резкий всплеск паники, которую немедленно подавила. Она не боялась простого допроса, в особенности с дружелюбно настроенными свидетелями. Но серьезность, с которой Арадель это произнес, заставила понять, что речь идет о каком-то испытании. Чудесно.

Мараси перевела дух и прошла мимо Редди, который пристально глядел на нее, опустив свой планшет. Все восемь собравшихся служителей сидели, опустив плечи. С чего бы лучше начать? Они описали полицейскому художнику произошедшее, но отличия между Разрушителем и Охранителем крылись в деталях.

– Соболезную вашей потере, – присев на скамью между двумя служителями, негромко проговорила Мараси. – И приношу свои извинения. Сегодня констебли вас подвели.

– Вашей вины тут нет, – сказала матрона, покрепче прижимая к себе одного из юных служек. – Кто же мог предвидеть… Выживший свидетель, я знала, что эти приверженцы Пути – банда негодяев. Я всегда это знала! Никаких правил! Никаких заповедей, которыми следует руководствоваться в жизни!

– Хаос, – прибавил сидевший на скамье позади бритоголовый мужчина. – Им нужен только хаос.

– Что произошло? – спросила Мараси. – Я читала отчет, конечно, но… ржавь… даже представить себе не могу…

– Мы ждали начала вечерней церемонии, – начала рассказывать матрона. – Туман сегодня выглядел весьма зрелищно! Наверное, почти тысяча человек собрались под куполом для поклонения. А потом этот презренный путеец просто взял да и встал за кафедру.

– Вы его узнали?

– Еще как узнала! Это Ларскпар, мы его постоянно видим на торжественных собраниях нашей общины. Людям кажется, что следует приглашать и священников Пути, чтобы никого не обвинили в фаворитизме, но на самом деле их никто здесь видеть не хочет.

Младший священник позади нее кивнул:

– Ларскпар – такой коротышка, почти утопает в собственном одеянии. Впрочем, разве это одеяние? Обычный, ничем не украшенный халат. У священников Пути даже нет подобающего облачения для церемоний.

– Он обратился к толпе, – продолжала матрона. – Как будто собирался сам прочитать проповедь в честь нисхождения тумана! Только вот он извергал мерзостные вещи.

– Например? – уточнила Мараси.

– Он богохульствовал. Но это не должно иметь значения. Послушайте, констебль. Почему вы вообще с нами разговариваете? Его видела почти тысяча человек! Почему вы с нами обращаетесь так, словно мы совершили что-то неправильное? Вы должны найти этого монстра и арестовать.

– У нас есть люди, которые его выслеживают, – заверила Мараси, положив руку на плечо одной из юных служительниц; девочка всхлипнула и схватилась за нее. – И я обещаю, мы поймаем и накажем того, кто это сделал. Но каждая деталь, которую вы припомните, поможет нам его арестовать.

Матрона и младший священник посмотрели друг на друга. Но заговорил другой человек – долговязый алтарный служка лет двадцати с небольшим.

– Ларскпар сказал, – прошептал он, – что Выживший – фальшивый бог. Что Кельсер попытался помочь человечеству, но у него не вышло. Что причина его смерти кроется не в желании защитить нас или вознестись, но в глупости и браваде.

– Они всегда так считали, – прибавила матрона, – но не говорили вслух. Эти последователи Пути… они твердят, будто принимают в свои ряды кого угодно, но если как следует постараться, узнаешь правду. Они насмехаются над Выжившим.

– Им нужен хаос, – повторил младший священник. – Они в ярости оттого, что столь большое количество людей обратилось к Выжившему. Они ненавидят нас за наши догмы. У них нет ни собраний, ни церквей, ни заповедей… Путь – не религия, а какой-то пошлый спектакль.

– Должна признаться, мы были потрясены, – заявила матрона. – Я сперва подумала, что, видимо, отец Вин сам пригласил Ларскпара, чтобы тот произнес речь. Иначе откуда он набрался подобной дерзости, чтобы встать за кафедру? Я была в таком ужасе от его слов, что поначалу и не заметила крови.