А потом – и не в последний раз – Запад сделал одну крупную, ужасную глупость. Тридцатого мая 1992 года Совет Безопасности ООН принял в Нью-Йорке Резолюцию №757, налагавшую экономические санкции на Сербию и Черногорию. Раздираемые войнами, разоренные и истерзанные Балканы вот-вот должны были превратиться в фабрику криминала и контрабанды, едва ли вообще имевшую параллели в истории. Пока весь мир заламывал руки и стенал об ужасном националистическом натиске югославских народов и их правительств, балканские мафии стали забывать о своих этнических различиях и сливаться в неимоверном преступном сотрудничестве. Сотрудничеству этому, в свою очередь, предстояло распространяться по всему земному шару, объединяя самые влиятельные мафии – в частности мафии Колумбии, России и Золотого Треугольника[2]. И чтобы хотя бы отчасти осознать, что происходит, «международному сообществу» потребовались годы.

Глава вторая

Кровавая нажива

«Пять минут, Дик, – отрезал Сэнди Бергер, советник Билла Клинтона по национальной безопасности. – У него будет пять минут с президентом, и не больше». Дик Склар был разочарован. Он считал, что президент Черногории Мило Джуканович заслуживал более продолжительной встречи со своим американским коллегой. Однако Бергер был тверд.

За плечами Склара было несколько лет малозаметной работы в качестве неутомимого посредника Клинтона. Он знал позицию президента по Балканам, однако столь краткая встреча, уготованная моложавому Джукановичу, удивила его. Всем представлялось, что президент Черногории представлял неизвестное горное мини-государство, над которым традиционно подтрунивала литература – от Джона Бьюкена до Агаты Кристи. Однако, как указывал Склар, «Джуканович оказался самым смелым нашим сторонником во время косовской кампании». И именно благодаря победе в этой войне Клинтон и его команда пребывали в таком приподнятом настроении, когда в середине июля 1999 года они прибыли в Словению – альпийское государство, расположенное между Балканами и Центральной Европой.

Поборники Мило Джукановича, человека, который дал Черногории независимость и доход от транзита сигарет.

Несколькими неделями раньше югославская армия запросила перемирия, к явному облегчению Клинтона и его ближайших советников. Это была трудная война – она оказалась вовсе не тем недельным броском, который перед началом боевых действий пророчили высокопоставленные чиновники из администрации. Теперь президент путешествовал по Европе, выражая благодарность восемнадцати союзникам Америки по НАТО и прочим своим сторонникам за то, что они остались с ней.

В неблагополучной федеративной семье под названием «Югославия» Черногория доводилась младшей сестрой капризной и агрессивной Сербии. Однако несмотря на то, что во время войны в Косово аэропорты, морские порты и границы Черногории контролировала югославская армия, высокий и гибкий баскетболист-любитель, ставший президентом Черногории, был как заноза для сербского диктатора Слободана Милошевича. Джуканович не только поддерживал политику Запада (несмотря на то что с 1992 года Черногория страдала от жестких экономических санкций ООН), но и обеспечил надежное укрытие противникам Милошевича, сделав так, что инакомыслие в Сербии не было задушено.

Милошевич задирал и пугал Джукановича, но черногорец настоял на своем, а это требовало отваги.

Джуканович вел себя на редкость осторожно. В ходе кампании НАТО разбомбило десятки объектов на территории Черногории, однако он поддерживал эти удары иностранного агрессора по своей республике.

Дик Склар считал, что такой риск, который Джуканович взвалил на себя ради Запада, заслуживал чего-то большего, чем пятиминутный обмен пустыми словами в отеле с чудесным названием «Слон» в словенской столице Любляне. Однако едва президенты сели беседовать, Склар успокоился: Клинтон немедленно проникся симпатией к Джукановичу, и они, позабыв о протоколе, больше часа беседовали обо всем подряд: о Милошевиче, о войне, о Косово и о будущем Балкан. Потом Джуканович выразит свое удовлетворение тем, что Клинтон знаком с историей Черногории: как всегда, президент США выполнил свое домашнее задание. Однако затронули они и еще один вопрос, который заставил Джукановича проявить несвойственное ему смущение: вопрос о сигаретах. Могло показаться странным, что Клинтон, который не курил, поднял этот вопрос. Но тогда он уже знал, что любовь к сигаретам была главным пороком Джукановича, и он считал, что обязан предупредить своего черногорского коллегу насчет «вреда для здоровья».

Почти все 90-е годы страна Джукановича Черногория, с населением всего в 500 тыс. человек (у остальных балканских народов лень черногорцев вошла в поговорку), стала центром многомиллиардного преступного промысла, который приносил доходы всюду – в Америке, на всем Ближнем Востоке, в Средней Азии, в странах Магриба и в Западной Европе.