Читаем Тень убийцы полностью

— Офис резервации Файер-Крик находится в Брукингсе. Когда они услышали о стрельбе, то испугались возможных последствий. И сразу позвонили Медоусу. Он уже работал на них бесплатно. Медоус собрал через своих людей информацию — в основном через телевидение. Они узнали имя жены Лисса. Юрист позвонил ей — кстати, ее зовут Луиза — и предложил свои услуги. Она согласилась, и он вылетел в Брукингс. Когда Лисс пришел в себя после операции, Медоус получил возможность с ним поговорить. На этом все и закончилось. Полицейских больше к Лиссу не подпускали.

— Проклятье, — сказал Лукас, прикусив губу. — Медоус хорошо знает свое дело.

— Да, этот недоносок пользуется популярностью, — заметил Лестер.

— Фрэнк, ты настоящий недоносок, но никто не скажет, что ты не знаешь своего дела, — сказал Даниэль.

— Однажды я это сказал, — вмешался Слоун. — Когда он заставил меня заниматься кражами в супермаркете.

Лестер усмехнулся.

— И это не в последний раз.

— Проблема с Медоусом в том, что он никогда не идет на сделки, — сказал Лукас. — Он скорее проиграет дело, чем решится на согласованное признание вины. [17]

Они немного помолчали.

— Наши индейские друзья выпустили обращение к средствам массовой информации. Ко всем — газеты, телевидение, Дабл-ю-си-си-оу. [18]У нас имеется копия. Вероятно, пресс-релиз написан убийцами, — сказал глава департамента.

— Когда это произошло? — оживился Дэвенпорт.

— Они появились с утренней почтой. — Даниэль передал им копии пресс-релиза. — Восьмой канал огласил его в полдень и обратился к индейцам с просьбой прочитать пресс-релиз и сообщить, согласны они с ним или нет.

Лукас рассеянно кивнул и принялся за чтение. Авторы брали на себя ответственность за все четыре покушения, два в Миннеаполисе и Сент-Поле, а также в Нью-Йорке и Оклахома-Сити. Об убийстве в Брукингсе не упоминалось, значит, текст был написан до этого. Казни должны ознаменовать начало нового восстания против белой тирании. Здесь же приводились не слишком убедительные слова убийцы из Оклахомы, но Дэвенпорт нашел и подробности, о которых ничего не знал.

— Это все сведения об убийстве в Оклахоме? — спросил он, глядя на шефа.

Тот кивнул.

— Тут все изложено совершенно правильно.

— Вот как.

Он дочитал обращение и посмотрел на вторую страницу, протянутую Даниэлем, а также конверт, в котором пришел документ.

— Необычный конверт, — заметил Слоун.

— Да.

— Вы о чем? — спросил Харт.

Он прочитал пресс-релиз и тоже смотрел на конверт.

— Взгляни, где погашена марка, — сказал Дэвенпорт. — Миннеаполис.

Андерсон поднял голову.

— Мы считали, что они работают не отсюда.

— А теперь это станет известно всем, — сказал Даниэль. — Напряженность усилится.

— Похоже, это ответ на наше сообщение о том, что группа ответственна за смерть Желтой Руки, — сказал Ларри. — Они знали, что он принимал наркотики, и решили, что его прикончил дилер или другой наркоман, а его смерть связана с воровством. Сейчас они думают, что это дезинформация, которую снова распространяют белые полицейские.

— Вот черт, — проворчал Даниэль. Он подергал себя за губу, а потом посмотрел на Лукаса. — Есть идеи? Нам необходимо как-то ответить.

Дэвенпорт пожал плечами.

— Нужно попробовать деньги. Здесь полно бедняков. Наличные помогут развязать людям языки.

— Не слишком благородно, — возразил Харт.

— Средства массовой информации нас линчуют, — рассердился Даниэль и посмотрел на Лукаса. — Сколько?

— Не знаю. Мы будем действовать вслепую. Ума не приложу, что еще можно предпринять. У меня нет осведомителей среди индейцев. Если бы проблема возникла среди черных, я бы мог обратиться к двум сотням человек. Но с индейцами…

— Мы не найдем понимания, если будем раздавать деньги направо и налево, — не сдавался Харт. — Это слишком… как у белых. Индейцы скажут: «Белые люди всегда так поступают. Когда у них возникают проблемы, они покупают нас».

— Возможно, это не лучший путь. Вопрос в другом — даст ли он результат? — сказал Даниэль. — А о том, как восстановить отношения с общиной, мы подумаем позже. В особенности если учесть, что у нас их не было с самого начала.

Ларри пожал плечами.

— Всегда найдутся люди, которые готовы говорить за деньги. Индейцы ничем не отличаются от других народов.

Даниэль кивнул.

— А у нас есть источник средств, — сказал он. — Нам даже не придется влезать в фонд для осведомителей.

— Ты о чем? — спросил Лукас.

— Семья Андретти. Когда стало известно, что мы разобрались с Билли Худом, мне позвонил Андретти-старший и благодарил за помощь…

Даниэль нахмурился, вспоминая разговор, и посмотрел на Дэвенпорта.

— А где Лили? Я ее не видел.

— Улетела в Нью-Йорк, — ответил Лукас. — Она закончила здесь все дела.

— Проклятье, почему она не связалась со мной? — раздраженно спросил глава департамента. — Что ж, ей придется вернуться.

— Что?

— Андретти остались довольны тем, как закончилась история с Худом, но теперь их не устраивает, как говорит старик, «мелкая рыбешка». Он убедил полицейский департамент Нью-Йорка, что Лили должна оставаться здесь до тех пор, пока не будут пойманы все эти безумцы.