Читаем Тень прошлого (СИ) полностью

Окна бара давно лишились стекол и были забиты досками. Из-за этого его внутренность освещалась тусклой лампочкой, которая свисала на проводе с потолка и развешанными по стенам керосиновыми фонарями. Пол был присыпан опилками, внутри стояло десятка полтора добротно сколоченных столов. За облупившейся стойкой стоял низенький пухлый человек, протирая рваной тряпкой пивную кружку. Трое сидели за картами, так дымя самокрутками, словно подавали кому-то дымовые сигналы. Еще человек десять просто пили и разговаривали. Особенно среди них выделялся сухой старик, который делил стол с наполовину пустой бутылкой виски. Он брал бутылку, наливал стопку и опрокидывал в себя. И повторял эту операцию раз за разом с точностью хорошо отлаженного механизма.

Направляясь в бар, я честно хотел лишь узнать насчет местного "чудика" и по быстрому свалить. Да и лежавшая между игроками кучка банкнот тянула не больше чем баксов на двадцать. Но у меня не было денег, и я решил не упускать шанса ими разжиться. Особенно такого легкого шанса.

"Что бы я ни сказал - молчи", - шепнул я Тани.

Я подошел к картежникам и уселся на свободный стул.

"Ты кто такой?" - крепко сбитый фермер, что сидел напротив меня поднял глаза от карт.

"Человек, который будет играть", - я снял бинокль и положил рядом с деньгами, - "Моя ставка".

Игроки переглянулись. Они знали, что бинокль стоит куда больше двадцати баксов. Потом фермер собрал карты и начал мешать колоду. Карты раздали и игра началась. Я проиграл. Вся троица явно подыгрывала друг другу, рассчитывая поделить приз.

"Может есть еще что поставить?" - тапер слева обнажил в улыбке желтые зубы.

"Есть", - я кивнул на стоящую позади моего стула Тани, - "Она".

"У нас в городе работорговлю не жалуют", - сказал тапер.

"А и не собираюсь тебе ее продавать", - я изобразил самую грязную ухмылку, на которую только был способен, - "Если я проиграю - она ваша до утра".

У всех троих только что слюна на стол не закапала. Фермер начал раздавать карты. Я сидел, с трудом сдерживаясь, чтобы не оглянуться. Если я ошибусь в расчетах, возникнет очень большая проблема. Я посмотрел на лежащие передо мной рубашкой вверх карты. Если я не ошибся, тут должен быть бубновый король, семерка пик, пиковая дама и валет крестей. Я взял карты и облегченно вздохнул - я был прав. Фокус был прост. В серьезной карточной игре на каждую новую игру вскрывают свежую колоду. Но тут, похоже, было полторы колоды на весь город, поэтому первый раз я не столько играл, сколько запоминал, у какой карты загнут уголок, расплылось по краю масляное пятно, истерлась рубашка. Теперь я знал, какие карты у остальных и какая карта лежит сверху колоды. Выигрыш был неизбежен. Я протянул руку за деньгами, но их накрыла широкая ладонь фермера.

"Хорошо жульничаешь, чужак", - последнее слово он произнес нарочно громко. Теперь на нас смотрели.

"Скажем так. Ты берешь деньги и отдаешь нам девчонку. Всего на пару часиков. Это будет честно".

"Пара часиков?" - продолжал я играть роль "закоренелый негодяй", - "За эти-то деньги? Извините ребята, так дело не пойдет".

Я поднялся из-за стола. Тапер тоже поднялся. Одновременно он выхватил из-под себя стул и взмахнул им, целясь мне в голову.