Читаем Тень ночи полностью

Обещание, которое взял с Энни мастер Марло, было выполнено. Фигурку богини Дианы молодая ведьма отнесла отцу Хаббарду. Длинные пальцы вампира обхватили фигурку. У Энни сжалось сердце. Серебряная Диана всегда напоминала ей о Диане Ройдон. Даже сейчас, когда прошло почти два года с момента внезапного исчезновения хозяйки, Энни скучала по ней.

– И больше Кит ничего не сказал? – спросил Хаббард.

Он вертел фигурку, наклоняя в разные стороны. Стрела охотницы, поймав отблеск свечи, ярко вспыхнула, словно готовясь полететь.

– Ничего, отец. Утром мастер Марло отправился в Дептфорд, а перед этим велел отнести вам это. Еще он сказал, что вы знаете, как надо действовать дальше.

В тонком колчане серебряной охотницы, между стрелами, был засунут клочок бумаги.

– Энни, дай-ка мне булавку, – велел Хаббард, заметив клочок.

Ошеломленная, Энни вытащила из корсажа первую попавшуюся булавку и подала вампиру. Хаббард проткнул острым концом бумагу и осторожно извлек записку. Прочитав ее, он нахмурился и покачал головой:

– Бедный Кристофер. Он всегда был потерянным чадом Божьим.

– Значит, мастер Марло не вернется назад? – спросила Энн, подавляя вздох облегчения.

Она всегда недолюбливала драматурга, а после ужасных событий на ристалище Гринвичского дворца его репутация в глазах Энни совсем упала и уже не смогла подняться. С тех пор как Ройдоны уехали, ничего не сообщив о том, куда направляются, Марло пребывал в состоянии глубокой меланхолии. Часто его меланхолия сменялась отчаянием, а то и черной трясиной. Иногда Энни казалось, что тьма вот-вот поглотит его. Ведьму заботило только одно: только бы эта трясина не засосала и ее.

Вспомнив, что Энни ждет его ответа, Хаббард сказал:

– Нет, Энни. Господь сообщил мне, что мастер Марло покинул наш мир и вступил в мир иной. И да обретет он там долгожданный покой, которого не знал здесь.

Хаббард перевел взгляд на другое свое чадо – Энни. За это время она успела превратиться из нескладного подростка в привлекательную девушку. Быть может, она излечит Уилла Шекспира от его греховной любви к чужой жене.

– Но ты не горюй. Госпожа Ройдон просила меня заботиться о тебе, как о родной дочери. Как ты знаешь, я и без ее просьб всегда заботился о своих детях. У тебя будет новый хозяин.

– Скажите, отец, кто он?

Энни понимала: ей придется безропотно идти в услужение к тому, кого назовет Хаббард. Она мечтала стать портнихой, обосноваться в Ислингтоне, брать заказы и ни от кого не зависеть. Помнится, когда Энни поделилась своей мечтой с госпожой Ройдон, та объяснила, какая сумма понадобится на это. Чтобы скопить такие деньги, нужно соглашаться на любую работу и экономить каждый пенни.

– Я отправлю тебя к мастеру Шекспиру. Теперь, когда ты научилась читать и писать, твое положение повысилось. Возможно, ты сумеешь стать ему полезной и помогать в работе.

Хаббард вертел между пальцами записку Кита. Ему очень хотелось добавить ее к посылке, которую он недавно получил из Праги. Посылка пришла к нему благодаря разветвленной сети почтовых курьеров и торговцев, созданной голландскими вампирами.

Хаббард до сих пор не понимал, зачем Эдвард Келли послал ему странную картинку, изображавшую драконов. Эдвард был темной и скользкой личностью. Хаббард не одобрял его моральных принципов, которые правильнее было бы назвать беспринципностью. Этот демон не видел ничего предосудительного в откровенном воровстве и прелюбодеянии. Однако Эдвард тоже принадлежал к числу детей Хаббарда. Помнится, проводя с Келли ритуал принятия в семью и добровольного приношения крови, он не испытал никакого удовольствия. Это походило на малоприятную обязанность. Взамен Хаббард сумел заглянуть в душу Келли и понял, что не хочет видеть его в Лондоне. Тогда он отослал Эдварда в Мортлейк. С тех пор Ди не докучал Хаббарду просьбами найти ему учителя магии.

Однако Марло писал, что фигурка Дианы должна перейти к Энни. Хаббард сознавал, что не смеет изменять последнюю волю того, кто писал записку за считаные часы до смерти. Поэтому он протянул Энни фигурку и клочок бумаги.

– Советую отнести это к твоей тетке Сюзанне. У нее то и другое сохранится надежнее. Записка – память о мастере Марло.

– Да, отец Хаббард, – сказала Энни.

Она тоже не посмела ослушаться повеления своего духовного отца, хотя с бо́льшим удовольствием продала бы серебряную вещицу, а деньги спрятала в чулок, где хранились ее сбережения.

Покинув церковную крипту, где по-прежнему находился двор Эндрю Хаббарда, Энни побрела по лондонским улицам к жилищу Уилла Шекспира. Он был менее взбалмошным, чем Марло. Госпожа Ройдон всегда говорила о нем с уважением, хотя друзья Шекспира часто потешались над ним.