Читаем Тень ночи полностью

Если мне не изменяла память, Джон Хестер был не только аптекарем. Он интересовался алхимией. Возможно, он знает кого-нибудь из ведьм. А может, и сам является ведьмаком. Последний вариант как нельзя лучше отвечал моим намерениям. Сегодня я не просто отправилась за покупками. Я решила показать себя. Ведьмы – порода любопытная. Если выставить себя в качестве приманки, кто-нибудь да клюнет.

– Говорят, даже графиня Пемброк обращается к нему за советом по поводу мигреней у юного лорда, – добавил Ричард Филд.

Итак, в Блэкфрайерсе знали и то, что я побывала в замке Байнард. Мэри оказалась права: за нами наблюдали.

– Аптека мастера Хестера находится близ Полз-Уорф. У него на вывеске перегонный куб.

– Благодарю за сведения, госпожа Филд, – сказала я.

Судя по названию, Полз-Уорф находится где-то неподалеку от собора Святого Павла. Сегодня я могу заглянуть и туда. Я мысленно перекроила свой маршрут.

Едва мы распрощались с печатником и его женой, как Франсуаза и Пьер тут же повернули к дому.

– А я пойду к собору, – заявила я, демонстративно направляясь в другую сторону.

Естественно, Пьер попытался меня урезонить:

– Милорд будет недоволен.

– Милорда здесь нет. Я хорошо помню его строгое распоряжение: никуда не ходить без вас. Однако Мэтью не запрещал мне покидать дом. – Я протянула книгу и пакет с булочками Франсуазе. – Если Мэтью вернется раньше меня, сообщите ему, куда мы пошли, и скажите, что я скоро вернусь.

Франсуаза взяла книгу и булочки, обменялась долгим, многозначительным взглядом с Пьером, после чего молча пошла по Уотер-лейн. Я двинулась в избранном направлении.

– Prenez garde, madame[59], – пробормотал Пьер.

– Я всегда осторожна, – спокойно ответила я, ступив прямо в лужу.

На улице, что вела к собору, столкнулись две кареты, перегородив собой пространство. Тяжелые, громоздкие кареты больше напоминали фургоны, а вовсе не те элегантные экипажи в фильмах по романам Джейн Остин. Лавируя, я пробиралась между ними, стараясь не приближаться к взбешенным лошадям и еще более взбешенным пассажирам. Те стояли посреди улицы и громко орали, выясняя, кто виноват. Спокойными оставались только кучера. Они продолжали сидеть на козлах, переговариваясь между собой. Пьер следовал за мной по пятам.

– И часто такое случается? – спросила я, откидывая мешавший капюшон.

– От этих новомодных закрытых телег сплошные беды, – поморщился Пьер. – Было куда лучше, когда люди ходили пешком и ездили верхом. Но я не волнуюсь. В обиход кареты все равно не войдут.

То же самое говорили и Генри Форду.

– Далеко ли еще до Полз-Уорф?

– Милорду не нравится Джон Хестер.

– Пьер, я ведь не об этом спрашиваю.

– Что мадам желает купить на церковном дворе?

Отвлекающий маневр Пьера был мне знаком еще со времен средней школы. Однако я не собиралась рассказывать всем подряд истинную причину наших странствий по Лондону.

– Книги, – лаконично ответила я.

Мы вошли в пресинкт собора Святого Павла. Здесь буквально каждый дюйм был занят продающими товары и предлагающими свои услуги. К одной из стен собора притулилась пристройка. Под навесом на табурете сидел дружелюбного вида мужчина средних лет. Возле его прилавка толкались люди. Если мне повезет, среди них обнаружится ведьма или ведьмак.

Я приблизилась. Увы, стоявшие в очереди были просто людьми. Жаль.

Человек поднял глаза от бумаги, которую он переписывал для ожидающего заказчика. Писец. «Только бы он не оказался Шекспиром», – мысленно взмолилась я.

– Чем могу быть вам полезен, госпожа Ройдон? – с французским акцентом спросил писец.

Слава Богу, не Шекспир! Но откуда он знает, кто я?

– У вас есть воск для писем? И красные чернила?

– Госпожа Ройдон, я ведь не аптекарь, а всего лишь бедный учитель.

В очереди вполголоса заговорили о неприлично больших доходах, получаемых бакалейщиками, аптекарями и прочими вымогателями.

– Госпожа Филд говорила, что Джон Хестер готовит замечательный воск для писем, – громко сказала я.

В мою сторону сразу же повернулось несколько голов.

– Только весьма дорогой. Да и чернила у него недешевые. Он их делает из цветков ириса.

Толпа снова зашушукалась, поддерживая мнение писца.

– Можете показать, в какой стороне его аптека?

– Non[60], – прошипел мне в ухо Пьер, хватая меня за локоть.

Это привлекло ко мне еще больше внимания, и Пьер был вынужден отпустить мою руку.

– Его аптека находится близ Полз-Уорф, – сказал писец, показывая на восток. – Идите к заведению «Голова епископа», а там поверните на юг. Впрочем, месье Корню и сам знает дорогу.

Я обернулась. Пьер смотрел куда-то поверх моей головы.

– Говорите, знает? Благодарю.

– Так это жена Мэтью Ройдона? – ехидно усмехнулся кто-то нам в спину. – Mon dieu! Теперь понятно, почему у него такой изможденный вид.

Я не торопилась сразу же пойти в аптеку. Вперившись глазами в громаду собора, я стала огибать его. Собор и сейчас оставался удивительно гармоничным, но удар молнии навсегда лишил его изначальных пропорций.

– Вы избрали не самый короткий путь к «Голове епископа».