Читаем Тень горы полностью

– Здесь прекрасная акустика, – с лучезарной улыбкой заявил Олег. – За спиной море, впереди дома. Ты умеешь играть? Может, дуэт составим?

Я сорвался с места, но у Нариман-пойнт развернулся и снова приехал на бульвар.

– Выпить хочешь? – крикнул я Олегу, перекрывая шум мотора.

– С тобой? – недоверчиво уточнил русский.

Я снова доехал до Нариман-Пойнт и вернулся.

– Да, хочу! – сказал Олег.

– Тогда садись, черт возьми!

– А можно я за руль сяду?

– Размечтался! Я свой байк в чужие руки не отдаю.

– Ладно, – сказал он, усаживаясь у меня за спиной и пристраивая гитару сбоку. – Главное, границы вовремя очертить.

– Держись покрепче.

– С кем драться будем?

– Ни с кем.

– А друг с другом?

– Ну-ка слезай!

– Я к тому, что с тобой я драться буду только на трезвую голову, иначе нечестно получится.

– Да пошел ты!

– Русские всегда честно дерутся.

– Еще раз услышу слово «русский», на дорогу столкну.

– Но я же русский!

– Лучше говори – слово на букву «эр».

– Ладно. Мы, люди на букву «эр», вообще понятливые.

По дороге отличное настроение вернулось – ехать с Олегом было приятно. Едва мы поднялись ко мне в номер, как соседняя дверь распахнулась и на пороге появилась Карла, в вечернем платье без рукавов и в высоких кроссовках. Волосы, собранные в тугой узел, скрепляла заколка из рыбьей кости, украшенная кольцом со сверкающим камнем.

– Ого! – воскликнул Олег, заметив в распахнутой двери обстановку бедуинского шатра.

– Карла, познакомься, это Олег, русский писатель и вообще хороший человек. В стесненных обстоятельствах. Олег, это Карла.

Карла, склонив голову набок, как женщина в доме Туарега, придирчиво оглядела меня с головы до ног. Что-то было не так. Она посмотрела на Олега и улыбнулась:

– В стесненных обстоятельствах?

– Карла… какое прекрасное имя, – сказал Олег, целуя ей руку. – У меня есть возлюбленная, я ласково зову ее Карлуша. Для меня большая честь с вами познакомиться. Между прочим, ваш друг обещал меня прирезать, если я попытаюсь с вами флиртовать.

– Да неужели? – улыбнулась Карла.

– Послушай, мы, вообще-то, собирались напиться у меня в номере, а то ночь выдалась тяжелая. Может, составишь нам компанию?

– Это приказ или приглашение?

– Карла…

– А что, правильный вопрос, – вмешался Олег.

Я укоризненно посмотрел на него и попытался объяснить:

– Я имел в виду…

– Нет, спасибо. – Карла выключила свет в номере, захлопнула дверь, закрыла ее на бесчисленные замки и повернулась к Олегу. – Между прочим, у меня есть для тебя встречное предложение.

– Какое?

– Нам нужны сыщики.

– Сыщики?

– Олег, давай напьемся до беспамятства, – сказал я.

– В соседнем номере – наше детективное агентство, – пояснила Карла. – Нам нужны люди понятливые и сообразительные. Ты ведь понятливый?

– Иногда, – ответил Олег. – А почему вы так решили?

– Иначе он бы тебя мне не представил, – сказала Карла, кивая на меня. – Ну что, согласен?

– Если я соглашусь, ты меня не прирежешь? – озабоченно спросил меня Олег.

– Нет, не прирежет, – пообещала Карла.

Он оценивающе взглянул на нее:

– Здорово! В один и тот же день меня дважды уволили и дважды взяли на работу. Похоже, я в этом городе разбогатею. Когда начинать?

– В десять утра. Не забудь рубашку сменить.

Олег одарил ее очаровательной улыбкой. Карла улыбнулась в ответ. Мне захотелось удавить Олега чистой рубашкой.

– Ладно, тогда до свидания, – сказал я и потянулся к ней, надеясь обнять, поцеловать и вдохнуть родной аромат океана.

Она коснулась моей груди и легонько отстранилась.

– Олег, открывай дверь! – сказал я, швырнув ему ключи.

Он открыл дверь и ахнул:

– Ну и минимализм! Прямо как у Солженицына.

– Карла, что случилось? – спросил я, как только мы остались наедине.

Она глядела на меня, как на смутно знакомый лабиринт, вспоминая, как оттуда выбраться.

– Я на пару недель уезжаю.

– Куда?

– Так и знала, что ты об этом спросишь. Очаровательное качество, но слегка раздражает.

– Не уходи от ответа. Куда ты уезжаешь?

– Тебе совершенно незачем это знать.

– Нет, есть зачем. Я должен знать, где дверь выламывать в случае чего.

Она рассмеялась. Вот так всегда: я говорю серьезно, а люди смеются.

– Поживу у Кавиты, – наконец ответила она.

– Какого черта? – выпалил я, не подумав.

Она вопросительно склонила голову набок:

– Ты ревнуешь, Шантарам?

На самом деле я не ревновал ее к Кавите – тогда меня гораздо больше беспокоил Олег, – но я слишком хорошо помнил резкую отповедь журналистки и не хотел, чтобы Карла уходила к женщине, которая меня ненавидит. Я не стал рассказывать Карле о нашем разговоре с Кавитой, хотя теперь понимаю, что это следовало сделать.

– Мадам Жу подстерегла меня в темном переулке и велела отстать от Кавиты. Может, тебе не стоит к ней переезжать? – спросил я.

– Чего ты от меня добиваешься? – возмутилась Карла.

– Я хочу стать для тебя близким человеком, а ты мне это запрещаешь. Я устал от твоих игр. Не мучай меня! Либо скажи, чтобы я оставил тебя в покое, либо прими мою любовь как есть. Всю, без остатка.

Задетая моими словами, Карла не смогла скрыть потрясения.

– Если помнишь, я просила тебя мне довериться, но предупреждала, что это будет непросто.

– Карла, не уезжай!