Читаем Тень горы полностью

— Неправда. Нас формирует не прошлое, а то, какими мы хотим видеть себя в будущем. Неужели ты все еще этого не понял?

— Увы, я не свободен, Лиза.

Она поцеловала меня, но в ее глазах ясное летнее небо уже затягивала пасмурная дымка.

— Я подготовлю для тебя душ, — сказала она, вскакивая с кровати и устремляясь к ванной комнате.

— Послушай, это ж невеликая проблема — вытянуть парня из участка, — сказал я, направляясь за ней.

— Знаю, — буркнула она.

— Наша дневная встреча не отменяется? Все, как договаривались?

— Конечно.

Я шагнул под холодный душ.

— И ты не хочешь сказать, по какому поводу встреча? — крикнул я. — Это по-прежнему большой секрет?

— Не секрет, а сюрприз, — сказала она, появляясь в дверях ванной.

— Тогда другое дело, — рассмеялся я. — Где и когда мне ждать этого сюрприза?

— Будь в половине шестого рядом с «Махешем», на Нариман-Пойнт. А поскольку ты вечно опаздываешь, ориентируйся на полпятого, чтобы успеть вовремя.

— Ладно.

— Так ты приедешь? Точно?

— Не волнуйся. У меня все под контролем.

— Нет, — сказала она, и улыбка стекла с ее лица, как дождевые капли с листьев. — Это не так. Ничего у тебя не под контролем.

Разумеется, она была права. Сам я это не осознавал в те минуты, когда под высокой аркой ворот вступил на территорию полицейского участка, но ее печально угасающая улыбка все еще стояла у меня перед глазами.

Я поднялся по дощатым ступенькам на веранду, с трех сторон — по бокам и сзади — окаймлявшую административный корпус. Знакомый коп перед офисом сержанта пропустил меня без вопросов, кивая и улыбаясь. Он был рад меня видеть: я всегда давал щедрые взятки.

Войдя внутрь, я шутливо откозырял сержанту Дилипу-Молнии, старшему дневной смены. Его испитое лицо раздулось от едва сдерживаемой злости — как позднее выяснилось, он дежурил (и злобствовал) уже вторую смену подряд. Так что я выбрал не самый удачный момент для визита.

Дилип-Молния был садистом. Я это знал по собственному опыту. Несколько лет назад, когда я сидел в здешней тюрьме, он часто избивал меня, удовлетворяя свой садистский голод за счет моей беспомощности. У него и сейчас явно разыгрался аппетит при виде синяков на моем лице, он даже облизнул губы в предвкушении.

Но с той поры многое изменилось если не в его, то в моем мире. Я теперь работал на Компанию Санджая, которая вливала массу налички в полицейский участок Колабы. Это были слишком большие деньги, чтобы ими рисковать, потакая своим изуверским наклонностям.

Изобразив некое подобие улыбки, он слегка вздернул голову, что означало вопрос: «Чего тебе?»

— Босс на месте? — спросил я.

Улыбка превратилась в оскал. Дилип знал, что, если я буду иметь дело непосредственно с инспектором, к его собственной потной ладони прилипнут лишь жалкие крохи от моего подношения.

— Инспектор очень занятой человек. Может, я сумею чем-то помочь?

— Что ж...

Я оглянулся на других копов в офисе, которые очень неубедительно делали вид, будто не прислушиваются к нашему разговору. Надо все же отдать им должное: такого рода притворство нехарактерно для Индии и у здешних людей мало возможностей попрактиковаться.

— Сантош! Принеси чай! — скомандовал Дилип на маратхи. — Завари свежий, йаар! А вы двое — марш проверять дальний барак!

Дальним бараком именовалось одноэтажное строение на задах полицейского участка. В нем содержали самых опасных заключенных, а также тех, кто оказывал отчаянное сопротивление при пытках. Молодые копы переглянулись, и один из них решился напомнить:

— Но, сэр, сейчас в том бараке никого нет, сэр.

— А разве я спросил вас, есть кто-то в бараке или нет? Я приказал пойти и хорошенько его проверить! Марш отсюда!

— Да, сэр! — гаркнули констебли и, схватив свои кепи, выскочили из офиса.

— Вам бы, ребята, придумать какой-нибудь условный знак, — предложил я, когда дверь за ними закрылась. — Это ж муторное дело: чуть не каждый час драть глотку, отсылая их куда подальше.

— Тоже мне остряк, — буркнул Дилип. — Давай ближе к делу или катись туда, откуда пришел. А то у меня башка раскалывается, и я не прочь расколоть чужую башку — вдруг полегчает?

Все честные копы похожи друг на друга; каждый продажный коп продажен на свой лад. Да, каждый из них берет взятки, но одни делают это как бы нехотя и смущенно, а другие хапают с откровенной жадностью; одни при этом злятся, другие сияют улыбкой; одни непринужденно шутят, другие обливаются потом так, будто только что взбежали на крутую гору; одни яростно торгуются, другие выглядят твоими добрыми друзьями.

Дилип получал взятку, как получают оскорбление, и старался отомстить тебе за то, что ты всучил ему деньги. К счастью, как большинство мерзавцев, он был очень падок на лесть.

— Я рад, что вы лично займетесь моим делом, — сказал я. — С инспектором Патилом на это ушел бы целый день. Нет у него вашего умения на лету схватить суть и решить вопрос четко и быстро — я бы даже сказал: молниеносно. Не зря же вас прозвали Молнией.