Читаем Тень горы полностью

— Чтобы попасть сюда. Чтобы я знал, что это ты.

— «Открой» подойдет?

— Нет, мне думалось что-то более личное.

— Если ты не откроешь дверь, когда я вернусь, я сниму ее с петель.

— Как это?

— Очень просто. Петли снаружи.

— Снаружи-снаружи, — прошипел он. — Мой друг-парс уж придумал бы что-нибудь. Уверен, что его антизомбиевая баррикада безупречна.

— Просто отопри мне, Джасвант, когда я вернусь.

— Только не подцепи у зомби какой-нибудь заразы, — предупредил он, снова нагромождая мебель у дверей.

Ночь — это Истина в пышном облачении. Ночью правила меняются. Если вам непременно нужно попасть куда-то в Бомбее ночью во время локдауна, то самый надежный способ передвижения — на мотоцикле какого-нибудь копа.

Я знал приличного копа, которому нужны были деньги. Коррупция — это налог, которым облагается общество, если оно не платит людям достаточно, чтобы они сами отказались от нее. Патрулям, останавливавшим нас, этот коп говорил, что я волонтер-переводчик, предупреждающий туристов, чтобы они не бродили ночью по улицам.

Нам действительно попадались тут и там озадаченные туристы с рюкзаками, не готовые брать штурмом забаррикадированные отели в опустевшем городе и радовавшиеся встрече с копом, да еще в компании с иностранцем.

Но большинство полицейских постов мы проезжали не останавливаясь, объясняясь с копами на ходу. Так я ездил по городу с пушкой, сидя позади копа, которому платил повременно за то, что он помогал мне найти Карлу. Мне хотелось быть рядом с Карлой или хотя бы знать, что она в безопасности.

Предания пишутся огнем и кровью. На улицах Бомбея хватало и того и другого для написания новых легенд. Доминик, коп из дорожной полиции, который возил меня, сказал, что около мечети Набила происходили кровавые стычки. Несколько человек были убиты, очень многие ранены. Сама мечеть осталась в целости и сохранности, ни одна облицовочная плитка не пострадала. Люди называли это чудом, забывая, что пожарные охраняли святилище и многие из них тоже получили ранения.

— Удивительно впечатляющее время! — бросил мне через плечо Доминик типично индийскую фразу, летя на мотоцикле по пустым улицам со скоростью чуть выше критической.

— Пугающе впечатляющее, — отозвался я.

— Точно! — засмеялся он.

— Давай заедем в «Махеш», — предложил я.

— Будет что рассказать внукам, — рассуждал Доминик, выруливая к отелю и вглядываясь в затененные пустынные переулки, которые мы проезжали. — О том, как призраки свободно разгуливали по Бомбею.

Карлу мы не нашли, но нашли ее автомобиль. За рулем сидел Рэнделл, на заднем сиденье устроился Винсон. Рэнделл при нашем появлении опустил оконное стекло, Винсон пропустил очередную порцию скотча.

— Привет, Рэнделл. А где Карла?

— Не знаю, сэр. Я не видел ее с тех пор, как она уехала на мотоцикле с мисс Бенисией.

— Я нашел ее! — проговорил нетрезвым голосом Винсон на заднем сиденье.

— Где? — повернулся я к нему.

— В ашраме! — радостно объявил он.

— Карла в ашраме? Это невозможно — разве что она собирается купить его.

— Не Карла. Ранвей. Навин ее нашел. Она в ашраме, за сотню миль отсюда. Я тоже собираюсь поехать туда, когда здесь все типа утрясется.

— Почему ты здесь? — спросил я Рэнделла.

— Мне было дано указание ждать мисс Карлу в «Амритсаре». Но бандобаст нагрянул так внезапно, что я не успел доехать туда, полиция не пустила. А машину я не могу оставить, вот и торчу здесь.

— А пассажир у тебя откуда?

— Мистер Винсон запрыгнул ко мне в два часа дня, сэр, когда здесь на улице застрелили одного грабителя, который пытался угнать похожую машину.

— Мне повезло, что ты пустил меня, Рэнделл, — сказал Винсон, открывая дверцу бара.

— И с тех пор ты так и сидишь тут?

— Да, сэр, и жду, когда представится возможность встретиться с мисс Карлой в «Амритсаре».

— До «Махеша» всего пятьсот метров, — сказал я. — Может, тебе лучше перебраться туда? Там будет безопаснее.

— Я не оставлю автомобиль, сэр, — разве что угроза нависнет над моей жизнью. Мне здесь вполне удобно. Но вот мистер Винсон, может быть, хотел бы попробовать добежать туда.

— Ни за что, старина, — проговорил Винсон. — Я хочу сохранить свою жизнь и найти свою девушку. А она, представь себе, в ашраме. Серьезное дело.

Я посмотрел на Доминика.

«Это будет стоить недешево», — ответил мне его взгляд, и его можно было понять. Просьба была не пустяковая.

— Закамуфлируйтесь под прессу, — посоветовал он, мотая головой. — Тогда вас пропустят.

— У вас найдется ручка и лист бумаги? — спросил я их.

Они стали препираться, как это часто бывает даже в критических обстоятельствах, но в конце концов написали слово «ПРЕССА», и Рэнделл прислонил лист бумаги к лобовому стеклу, подперев его туфлей Карлы.

Доминик провез нас через все кордоны. Рэнделл отдавал патрулям честь, Винсон пил, изображая представителя прессы.

В переулке позади «Амритсара» я заплатил Доминику и поблагодарил его.