Читаем Тень Галена полностью

Галену шел двадцать девятый год. Расчесанный, тщательно ухоженный и облаченный в ослепительно белую, длинную тогу с вышитым на ней посохом, обвитым змеей – символом Асклепия – он смотрелся величественно. Вышитая змея неприятно напомнила мне об истории с червями, поразившими несчастного Гая. Казалось, что змея наматывается на посох подобным же образом. Короткая бородка и высокий лоб придавали Галену вид философа, а мастерское владение словом и диалектическим методом помогали безупречной логикой уничтожить любого риторического противника.

Когда возле нашего аттракциона собралось уже несколько десятков человек – Гален пожал очередную руку и закончил беседу с последним собеседником. Пройдя вглубь шатра, где уже ждал его я, возле стола с инструментами он остановился, развернулся и уверенно обратился к толпе.

– Некоторые из вас знают меня, но лишь учеником. Иные же – не знают вовсе. Останьтесь здесь еще ненадолго и уже вечером, каждый из вас с гордостью сможет сказать себе – сегодня я познакомился с Мастером!

По толпе прошелся шепот. Некоторые хмыкнули, кто-то засмеялся. Гален не повел даже бровью, глядя на толпу и сделав шаг в ее сторону.

– Есть ли среди вас врачи? Я звал многих!

Люди озирались, смотрели друг на друга.

– Я спрашиваю, есть ли тут врачи? Смелее, коллеги, я не опозорю вас прямо вот так, сразу – он усмехнулся.

Несколько человек выступили вперед. Они были уже не молоды, возможно, вдвое старше Галена – годились ему в отцы.

– Отлично, коллеги, рад приветствовать вас! Будьте внимательнее – сегодня я еще дам вам себя проявить! – Гален подошел к столику с инструментами и мягко отстранил меня. Время вступить в спектакль для меня еще не пришло.

Взяв скальпель и один из расширителей, Гален шагнул к туше свиньи и, ловким мощным движением, начал вскрытие. Основная часть крови уже свернулась, но кое-что капало на пол шатра, стекая сквозь зазоры между досками. За полупрозрачной пленкой, рассеченной ловкими движениями пальцев, показались органы.

– Что это? – Гален ткнул кончиком скальпеля в один из органов, – ну же, корифеи, что?

– Печень, пробурчал один из врачей.

– Неплохо! А для чего она свинье?

Врачи недовольно переглянулись. Никто не горел желанием экзаменоваться у вчерашнего юнца, прибывшего невесть откуда.

– Иные полагают, что печень служит для вместилища наших мыслей – да-да, я встречал и таких – ответил за них Гален.

По толпе прошел смешок.

– Ну а если не так, то для чего же, доктора?

Висело молчание.

– Так я и думал! Не имея, что сказать публично, послушайте тогда меня! Высшую часть души, разум – мы найдем в мозге. Никакая это не железа для выработки слизи! Энергетическую часть – в сердце – Гален поддел перикард[1], указывая на сердце свиньи. – Ну а низшую, аппетитную, – в пространстве вот здесь – Гален постучал скальпелем где-то возле печени. – Кардиоцентрический взгляд на единую душу, таким образом – чушь! Душа трехчастная, скажу я вам! Так что ошибались ученики Платона Аристотель и стоики! Они великие, но все равно ошибались! Как вам такое понравится?

Толпе, кажется, не понравилось. Однако, энергия и уверенность, с какой молодой выскочка говорил – оглушала. Пока никто не успел возразить и нарушить поток – Гален громко продолжал.

– Именно печень дает крови силу, с которой она поступает в сердце, а уже оттуда разносится по нашему телу, снабжая всем необходимым каждый член и участок – скальпелем он водил по маршруту, который описывал, для ясности. Попутно он также рассказывал об остальных органах, попадающихся на этом занимательном пути.

– Но самое интересное — это нервы – глаза Галена возбужденно засверкали. – Вы, наверное, частенько путаете их с сухожилиями, не различая, не так ли?

– Что ты позволяешь себе? Ковыряешь дохлую свинью и несешь какую-то чепуху – не выдержал наконец один из врачей.

– Блестяще! Наконец-то! – Гален словно ждал этого момента. – Квинт, давай!

Я, как было оговорено заранее, быстро выдвинул ящик, на дне которого усыпленным, но живым, лежал поросенок.

– Подойдите ближе, коллеги мои! Вот эта живая, не дохлая! – он призывно поманил рукой. – Продолжим же наш увлекательный диалог о нервах!

Свинья истошно орала и дергалась, когда Гален резал ее, хотя и была предварительно связана.

– Знаете ли вы, врачеватели, что управляет голосом этой страдающей ради подвигов нашего познания твари?

Аудитория была поражена происходящим – все хранили молчание.

Внезапно Гален наложил лигатуру, перевязал что-то в кровавой мякоти и свинья мгновенно затихла, хотя продолжала дергаться.

– Голоса даны нам богами? Нет, заявляю я вам! Не больше, чем все остальное – все подчинено мозгу. Нет ни одного движения, в том числе и движения связок голоса, в каком не были бы повинны нервы!

Он ослабил лигатуру. Громкое хрюканье и вой немедленно вернулись. Толпа ахнула.

– Прекратим эти мучения, но жизнь – еще рано!

Гален взял плоскую полоску металла, молоточек и одним точным ударом ударил свинью где-то между позвонками. Ее тело сразу же обмякло.