Читаем Тень Галена полностью

В нескольких шагах за спиной, в глубине трюма, я расслышал звуки, будто кто-то двигался. В тусклом прыгающем свете лампы Антиоха я присмотрелся и увидел клетку. Еще через пару мгновений стало ясно — там сидел человек. Костлявый, голый, его глаза безумно блестели, а рот открывался в беззвучном крике.

Я поежился и отшатнулся, едва не налетев на что-то в темноте. Стало страшно.

Антиох сделал несколько шагов вперед и зашуршал, разрезая ножом холщовый мешок, в котором обнаружился небольшой сундучок. В темноте было бы трудно разобрать, но рукой мастера на нем были вырезаны какие-то сцены. Сбоку шел орнамент, кажется из листьев, но не помню наверняка. Вручив сундук Галену и, парой мгновений позже, набросив ему на плечо набитый чем-то мягким и шуршащим мешок — Антиох махнул рукой в направлении лестницы.

Едва мы шагнули обратно — человек в клетке резко прыгнул к прутьям и громко замычал. Слюна капала из его рта, где не хватало по меньшей мере половины зубов. Его мычание, напоминающее жалобный скулеж избитого пса, было отвратительным и пугающим.

Антиох подошел к клетке и мощно стукнул ногой. Клетка заскрипела и перевернулась. Человек внутри кувыркнулся, приложившись головой к железным прутьям и стал гулить еще громче.

— Нет пощады предателям, пояснил Антиох, — этот ублюдок всю дорогу подстрекал команду вздернуть меня на рее. И представь только — на моем же собственном корабле! Мы неудачно сбыли товар в Смирне, вся эта дрянь протухла, пока мы потеряли ветер и шли на веслах. Я задолжал команде какую-то ерунду — может, пару сотен денариев[28]. А тут кое-кто из новеньких и не обтертых уже решил, что это повод для попытки переворота — он презрительно сплюнул в сторону клетки.

— Команда сама сдала его мне. Верные парни, с которыми мы прошли через все те пикантные отверстия Посейдона, что и поминать всуе не стоит. Ну а теперь вот он на редкость молчалив, ведь язык болтуна пришлось укоротить, самую малость. Заодно и рыбам радость, — он рассеянно улыбнулся. Наверное, они предпочли бы его целиком, но у меня другие планы…

Тусклый огонек масляной лампы плясал на его лице, и я почувствовал, что убить человека не составит для капитана никакого труда.

Мы с Галеном кивнули и ничего не ответили. Хотелось подняться обратно.

Корабль покачивало на волнах, ступени были скользкими и я, поскользнувшись, чувствительно приложился бровью о лестницу. Весь день сохраняя самообладание и напускную благообразность, я впервые грязно выругался, невольно разрушив созданный образ. Поднимаясь сразу надо мной, Гален звонко рассмеялся.

На пристани я смог внимательнее рассмотреть, что именно передал капитан. В руках Галена был небольшой, тонкой работы сундучок из благородной породы дерева, не подверженной гниению. А мешок оказался набитым травами которые, в свою очередь, были рассованы в мешочки поменьше. Кто-то даже позаботился и нашил восковые таблички, подписав названия трав внутри. В воздухе повис их душистый запах с примесью легкой горчинки.

— Ты был прав — она решила, что я безумен, раз выкладываю такие суммы за беспорядочные письмена ее почившего муженька. Она ничего в них не смыслила, да и никогда его не любила — поведал Антиох.

— Ну что, как договаривались?

— Да-да, конечно — Гален снова сунул руку под расшитую тогу и вытащил вторую стопку золотых монет, вдвое больше прежней, протянув их Антиоху.

Капитан довольно крякнул, подкинул тяжелые ауреи на ладони и быстро сунул за пазуху, где уже покоился задаток. Выходило пятнадцать ауреев — стало быть, триста семьдесят пять денариев, или полторы тысячи сестерциев. Больше, чем годовое жалование рядового легионера, готового проливать за них кровь. И свою, и чужую.

Но что же такого ценного, может быть, в этих письменах? — думал я.

— Сегодня мою постель согреет самая роскошная шлюха во всей Александрии, — осклабился Антиох, — да и команда не останется внакладе. Я ценю преданность парней, но хорошо знаю, что и она кое-чего стоит, — он похлопал себя по тунике, изнутри которой был нашит карман.

— Заходи смело, наварх, если в лупанарии[29] Эрос наградит тебя чем-то еще, помимо удовольствий — Гален заговорщицки подмигнул капитану.

Тот громко рассмеялся и в шутку погрозил пальцем. Испуганные птицы, задремавшие в тени под навесом, вспорхнули, хлопая крыльями.

— Бывай, Элий Гален — с тобой приятно иметь дело! — с улыбкой ответил капитан.

Они обменялись крепкими рукопожатиями и тут Антиох перевел взгляд на меня.

— Ну а ты? Ты что, тоже собрался стать врачишкой? — ухмыльнулся он.

Я промолчал и рассеянно пожал плечами.

— Ты прав — твой парень и впрямь не болтлив. Может хоть это уравновесит ту прорву слов, что ты способен выдать за те мгновения, что и Зевс не успел бы облегчиться? — Антиох бросил взгляд на Галена, и они оба рассмеялись.

— В любом случае, малый, если решишь быть лекарем — держись его, — он хлопнул Галена по плечу. — Этот пятый сын Асклепия[30] свернет горы! Никаких сомнений. Ну, если прежде не свернет себе шею, конечно — иронично добавил он.