Желтая пресса пестрела всевозможными версиями случившегося, и было непонятно, что произвело больший фурор — открытие лекарства или последовавший телевизионный демарш с фильмом. Версии выдвигались самые фантастические, причем, как принято у литературы подобного толка, все они были истиной в последней инстанции. Одна газетенка попала наиболее близко — послание инопланетянам. Но никто этого, разумеется, не подтвердил. И не опроверг.

— 34 —

Майор Рыжов, командир готовившейся к штурму группы спецназа, открыл глаза. Самочувствие было великолепным. Он находился в небольшой, квадратов на восемь, комнате. Из мебели тут была одна кровать, на которой он и лежал. Майор напряг память — что произошло? Он помнил, как собрался отдать команду к выдвижению на исходные позиции, а потом все, как электричество выключили — сплошная темнота. Рыжов поднялся и неторопливо осмотрел комнату — не было даже намека на дверь или другие, обычные для комнат вещи — окна, например, или люстры. Тем не менее, светло… Светло! Через секунду майор понял, что спокойный и ненавязчивый свет излучают сами стены. Мистика. Он ущипнул себя за руку, не помогло — декорации не менялись. Рыжов присел на кровать — и что делать то?

В этот момент одна из стен вдруг дала трещину и в проеме образовалась молодая, лет восемнадцати, девушка. Она сурово посмотрела на растерянное лицо Рыжова и мелодичным, чуть хрипловатым, голосом произнесла:

— Ну что, майор, допился?

В ее правильной речи слышался легкий акцент. Рыжов оторопело посмотрел на посетительницу, ну да, бывало, выпивал в компаниях, но без фанатизма:

— Э-э… Ты кто?

Ответ был беспощаден:

— Я твоя персональная «белочка»!

Тут он понял — его «разводят». Но почему-то, сразу много чувств нахлынуло на майора — сожаление о потерянном, досада о не случившемся, грусть о не найденном… Очень уж хороша, если не сказать — прекрасна, была девчонка. Рыжов криво усмехнулся:

— Ну, и где ты была раньше, Белочка?

Она что-то поняла, и виновато улыбнулась:

— Прости меня, майор. Дурацкая была шутка. Приводи себя в порядок, и иди в холл сектора, там уже ваши собираются — по коридору налево. Удобства здесь.

Девушка махнула рукой в сторону стены — на ней выступили темные контуры дверей:

— Просто стукни рукой.

Она повернулась, собираясь уходить.

— Постой, где я нахожусь? — встрепенулся Рыжов.

— Тебе как, в рифму ответить?

— Не надо в рифму, — пробормотал Рыжов.

Он подошел к дверному проему — ну, и куда тут хлопнуть? Ударил по стене рядом — дверь послушно закрылась. Майор хмыкнул, и направился к контурам других дверей. Ударил по первой — открылся шкаф. Так — почищенный комок и берцы в одном отделе. В другом разгрузка, верный АЕК и «Гюрза» в кобуре. Что странно, все с боекомплектом, но магазины разряжены — вроде как намек — не заряжай. Исходя из обстановки, Рыжов уже понимал, что если у него все нормально с головой, то его просто взяли в плен. Проверил гранаты для подствольного гранатомета, их было восемь — комплект. Решив не удивляться, майор направился к следующей двери, там оказался санузел. Несколько непривычный дизайном, но вполне интуитивно понятный.

Через двадцать минут Рыжов был готов к выходу — удар по входной двери — она открылась. Уже выйдя за порог, майор задумался — почему вернули оружие… Что это — жест доверия, или толстый намек — нет смысла дергаться. Что же — посмотрим.

Он преодолел около пятидесяти метров, прежде, чем дошел до холла. Ну да, здесь уже было больше половины личного состава, и практически все держали оружие под рукой.

Рыжов мысленно усмехнулся — если бы хозяева посчитали это опасным — то никто бы им автоматы не оставил.

Через несколько минут подтянулись остальные. Не хватало только двух человек. А еще через минуту открылась противоположная дверь и вошла, скорее влетела уже знакомая девушка, на этот раз на ней был строгий, военного образца китель с золотой четырехлучевой звездой и ромбиком на единственном погоне. На боку висел небольшой и изящный меч с витой гардой. Несмотря на размеры, оружие не производило впечатления декоративного, а то, как, повернувшись, она автоматически придержала его рукой, говорило о большой практике ношения. Или не только ношения. Девушка окинула взглядом помещение — все ли нормально — и повернулась к идущему следом человеку:

— Капитан! — последовал легкий полупоклон.

Следом, не торопясь, вошел молодой парень в таком же кителе. У него звезд было побольше — три, но без ромбика.

Он прошел к стоящему на небольшом подиуме креслу и сел. Девушка замерла на пол шага сзади, слева от него, хотя рядом стояло еще одно кресло. В этот раз Рыжов смог оценить, КАК она двигается — грация опасного, уверенного в себе хищника. Да и парень производил впечатление опытного бойца.

Между тем, парень не торопясь обвел присутствующих взглядом и негромко произнес: