Читаем Тень чужака полностью

Выключив рацию, Шутов вызвал свободный лифт. Войдя, нажал кнопку второго этажа. Пока кабина ползла вниз, осмотрел себя в зеркало: сейчас ему предстояло, во-первых, пройти через заполненный людьми зал ожидания, во-вторых — слиться на время с пассажирами, садящимися в «боинг». Осмотром он остался удовлетворен, внешность у него была вполне неприметная: сероглазый шатен чуть выше среднего роста, худощавый, выглядевший чуть старше тридцати.

Выйдя из лифта, пересек оживленный зал. Пока он шел, ни один из находившихся в зале людей не обратил на него внимания. Впрочем для него сейчас это уже не имело значения. Открыв дверь с надписью «Для персонала», поднялся вверх на два пролета. Остановился перед небольшой дверцей без надписи, которая, по идее, должна была быть заперта. Лестничный пролет был пуст, но для верности он постоял несколько секунд, прислушиваясь. Наконец издал условный сигнал, легкое покашливание, дверь открылась; проскользнув в щель, он увидел Марва и двух его ребят. Армейцы стояли в небольшом тамбуре, снабженном окном. Вторая дверь из тамбура вела в коридор, по которому пассажиры проходили на борт самолета.

Все трое были типичными коммандос: высокими, с накачанными шеями, короткой стрижкой и характерным, будто постоянно прицеливающимся во что-то взглядом. Двое, включая Марва, были белыми, третий — черным.

Марв, блондин настолько светлый, что трудно было понять, блондин он или альбинос, спросил:

— Черт, как же случилось с Диком? Кто вообще это?

— Знал бы, сказал. Кого ты мне выделил?

— Фрэнка, — Марв кивнул на второго белого, загорелого парня, левую щеку которого пересекал светлый шрам. — Как, подойдет?

Шутов мельком оглядел Фрэнка. Парень был одет в джинсы и застегнутую под самое горло зеленую брезентовую куртку; если не знать, что к чему, можно было бы даже подумать, что под курткой нет ни бронежилета, ни автомата.

— Подойдет. Знаешь, Фрэнк, дела такие: сейчас мы с тобой пройдем на борт, смешавшись с пассажирами. Остальное объясню уже там, по ходу дела. Марв, что там с посадкой?

— Все так же. Отложена на двадцать минут.

То, что посадка отложена, было для Шутова неожиданностью. Помолчав, он сказал:

— Отложена? То есть как отложена?

— Так. Разве ты не слышал?

— Нет. Когда это объявили?

— Только что.

Значит, объявление прозвучало, когда он поднимался по лестнице.

— По какой причине?

— Я связался с диспетчерской. Они говорят: что-то случилось со стюардессой. Потеряла сознание, ей срочно нужна помощь.

— С какой стюардессой, не выяснил?

— С какой? — Мавр помолчал. — Да нет. Что, надо было выяснить?

— Надо. Но теперь уже все равно. Она что, рожает?

— Не знаю. Ее только что увезли на «скорой».

— Ты предпринял какие-нибудь меры?

— Конечно. При выезде с территории аэропорта эту «скорую» остановят. Проверят документы, осмотрят. И только после этого пропустят.

Подумав, Шутов сказал:

— Мало.

— Мало?

— Да. Но наверное, эта «скорая» уже проехала?

— Нет еще. Пит доложил бы мне.

— Отлично. Свяжись со своим Питом прямо сейчас. И скажи, пусть пошлет вслед за этой «скорой» джип с двумя ребятами. Они должны проверить, в самом ли деле эту стюардессу повезут в больницу.

— Оʼкей. — Марв включил рацию. Сказал в микрофон: — Пит, слышишь меня?

— Слышу, — донеслось из динамика.

— Что там со «скорой помощью»? Она уже возникла?

— Нет еще.

— Сделаешь так: после осмотра и проверки проводи ее до самой больницы. На втором джипе. Понял?

— Понял. Только проводить, и все?

— Нет. Скажи ребятам, пусть проверят, в самом ли деле пострадавшую поместят в больницу. Пусть пройдут вместе с носилками до самой палаты. Оʼкей?

— Оʼкей. Все?

— Все. — Марв выключил рацию. — Надеюсь, ты все слышал?

Прислушавшись к себе, Шутов понял: все это начинает ему очень и очень не нравиться. Надо срочно связываться со Стеллой.

— Вы видели «скорую»?

— Видели. — Марв кивнул в сторону окна; за ним открывался участок летного поля, заканчивающийся видневшимся с краю хвостом «боинга». — Машина проехала сначала туда, потом обратно. Обратно только что.

— Оʼкей, — достав рацию, Шутов нажал кнопку вызова Стеллы, — свяжусь с одним своим человеком. Подождите.

— Как скажешь. Нам все равно.

Шутов прижал рацию к уху. Вообще-то Стелла никогда не отзывалась сразу, что было понятно: ей ведь нужно было остаться одной. Как правило, ее ответ следовал примерно через десять-пятнадцать секунд, самое большее — через полминуты. Шутов посмотрел на часы. По ним с момента, когда он нажал кнопку, прошло около двух минут, но Стелла до сих пор молчала. Нет, здесь явно было что-то не то. Стюардесса в любом случае должна была ответить на его вызов. Кивнул Фрэнку:

— Пошли.

Парень не повел и глазом. Взялся за ручку двери:

— Оʼкей.

Они вышли в пустой коридор. Быстро подошли к двери, ведущей к переходному мостику; здесь, спиной к ним, стояла стюардесса. Услышав, что кто-то остановился у нее за спиной, обернулась. Она была худенькой, точнее, такой, какой обычно бывают все стюардессы. При этом сразу было видно: она не в себе. Бледная, в глазах растерянность, то и дело кусает губы. Увидев Шутова и Фрэнка, схватилась за голову: