Пасть никсы широко раскрылась, черная пасть с серебряными острыми зубами, и Орка забилась, дернулась в сторону, чувствуя, как накатывает паника, и полоснула клинком по пасти везен, крест-накрест.

– Skörp járn brenna og bíta![15] – прорычала Орка, когда кинжал достиг цели и прорезал кожу и плоть в пасти существа: зубы разлетелись, и зеленая кровь хлынула как масло.

– Brenna og bíta![16] – повторила она, вонзая нож в плечо врагу.

Из пасти никсы вырвался вопль, который Орка скорее почувствовала, чем услышала; сила его пульсировала в воде, сдавливая тело и уши, тащила в сторону, хотя ей каким-то чудом удалось не выпустить рукоять кинжала. Позади раздался еще один вопль, крик боли и ярости, но она не оглянулась. Отталкиваясь ногами, она плыла к берегу, пока стопы не коснулись гальки, а голова и плечи не вынырнули на дневной свет. Лиф пробежал вдоль берега и протянул ей копье. Орка схватилась за древко и выбралась из воды. Только после этого она оглянулась на реку, увидела темное облако, бурлящее под поверхностью, а потом уносящееся прочь, пока не исчезло из виду. Спотыкаясь и кашляя, она шагнула на берег, Лиф подхватил ее под руку, и они, пошатываясь, побрели к лодке и Морду, лежащему рядом. Лицо его было бледным, а плечо разорвано и кровоточило.

– Что это было? – выдохнул он.

Орка воткнула в землю свой кинжал, затем взяла у Лифа копье, сняла кожаный чехол с лезвия и прошла на другую сторону от Морда и лодки, где воткнула острие в землю.

– Никса, – сказала она. – Это хитрые, подлые ублюдки.

– Что ты делаешь? – спросил Лиф, глядя на кинжал и дрожащее древко копья, воткнутое в берег реки.

– Никсы не любят железо. Они чувствуют его, ощущают даже через слой земли, – сказала Орка и опустилась на колени, извергая из желудка воду и слизь.

Глава 29. Эльвар

Эльвар смотрела, как Агнар уходит, поманив за собой Успу, Сайвата и Краку. Из главного зала они прошли на кухню, и Агнар указал:

– Вон.

Тут же в дверном проеме показались хозяин таверны и его жена и поспешили прочь.

«Оскутред, – подумала Эльвар. – Успа сказала, что знает дорогу к Оскутреду. К великому ясеневому древу, где жарче всего бушевала битва павших богов, где были убиты Ульфрир и Берсер». Эта мысль была слишком велика для Эльвар, чтобы осознать ее или поверить в нее. Сама того не замечая, через несколько мгновений она обнаружила, что идет за Успой и Сайватом, а Гренд следует за ней. Дойдя до двери, она увидела, что Агнар уже сидит за столом, Крака рядом с ним, Успа напротив. Сайват стоял в дверях. Агнар вскинул голову, когда Эльвар попыталась войти на кухню, а Сайват преградил ей дорогу.

– Тебе здесь не место, – сказал Агнар. Но Эльвар не уходила, она стояла и просто смотрела на него.

– Я слышала ее, – наконец проговорила Эльвар. – Я слышала, что Успа сказала тебе.

Через мгновение после того, как эти слова слетели с губ, ей в голову пришла мысль, что их стоило бы держать при себе.

Подтверждая эту мысль, лицо Агнара тут же изменилось, и его взгляд наполнился холодом. «Он не доверяет мне», – поняла Эльвар.

– Входи, – сказал он.

Эльвар шагнула внутрь, Гренд хотел последовать за ней, но Сайват встал перед ним.

– Он тоже, – сказал Агнар, и толстяк отошел в сторону, пропуская Гренда.

Кухней служила небольшая комната с одним окном и дверью. Стол, за которым сидел Агнар, был окружен глиняными печами. Рядом горел очаг, над которым висел железный котел. Несколько десятков бочек с элем стояли вдоль стен, там же высились горы продуктов, на полках выстроились кувшины с медовухой. Еще в комнате была длинная скамья с разделочными досками, ножами и тесаками и два соломенных матраса на лежанках.

– Ты все слышала? – уточнил Агнар.

Эльвар кивнула. Она открыла было рот, чтобы произнести имя ясеня, но Агнар поднял руку.

– Ты остаешься или уходишь? – спросил он ее.

Эльвар нахмурилась, смутившись.

– Отец предложил тебе отряд, если ты перейдешь на его сторону. Ты останешься со мной или присоединишься к нему? Я предлагал сообщить мне, когда ты будешь готова, но это… – Он махнул рукой в сторону Успы. – Это все меняет.

В комнате было разлито напряжение. Агнар пристально смотрел на Эльвар, и она слышала, как позади шаркает туда-сюда Сайват.

Эльвар вздохнула. За событиями этого дня она совсем забыла о предложении отца.

– Я останусь с тобой. С Лютой Ратью, – сказала она.

Наступила тишина, все удивленно уставились на нее. Эльвар почувствовала, как взгляд Гренда буквально впивается ей в спину.

– Ты уверена? Если ты примешь участие в этом разговоре, то назад дороги не будет, – сказал Агнар. – Потом я не допущу, чтобы ты оставила меня и отправилась рассказывать отцу обо всем услышанном здесь.

– Я уверена, – сказала она. – Волк не может стать ягненком.