Читаем Тень амёбы (СИ) полностью

Видя, что пассажирка не прочь поболтать, он охотно изложил ей свои представления о происходящем в Старой Европе. Его зацепил недавно просмотренный сериал о Риме во времена ранних христиан. Это была очередная экранизация Quo Vadis Сенкевича, и там режиссер увлекся параллелями современной Европы с Римом времен Нерона. Таксист, будучи простым парнем, принял это за чистую монету, и теперь рассуждал, что история повторяется. Разврат от скуки и торговля недвижимостью или ретро-диковинками. Вся разница, что римляне при Нероне торговали также рабами, а сейчас европейцы торгуют также домашними питомцами-экзотами. Одно хорошо (подвел итоги таксист-гагауз) по сравнению с Древним Римом, сейчас в Европе гораздо меньше зверств. Можно сказать: почти нет зверств. Разве что, по пьяни, или отдельные крайне редкие неадекваты. Даже странно. Кажется, будто никому ничего всерьез уже не нужно.

Подумав над этим своим тезисом, он добавил, что в Древнем Риме как-то похоже было, поэтому когда пришли варвары, то захватили все без особого сопротивления. А сейчас варварам неоткуда взяться. Раньше из Азии или из Африки приходили, но теперь, как говорят ученые по телевизору, в Азии гипер-депрессия, а в Африке что-то, для чего не придумано научное название. Поэтому нынешняя Европа, в отличие от Древнего Рима, может еще тысячу лет разлагаться. Опять-таки: люди стали жить очень долго, а рожать очень мало. Вот и получается непонятно что… Хотя, грех жаловаться: раньше вот было намного хуже: то жрать нечего, то жить негде, то какой-нибудь мудак-диктатор решит завоевать кого-нибудь. Сейчас такого нет. Даже Вандалический кризис 7 лет назад был совсем не такой страшный, как раньше война. Так что пусть жизнь идет, как идет. Ведь верно сказано, что умные люди от добра добра не ищут.

Под такой позитивный финал дилетантской политинформации, речное такси аккуратно развернулось поперек течения на обратный курс, и причалило к понтонным мосткам на правом берегу, где располагалась деревня Влкирокле (хотя заросли вдоль берега сейчас мешали разглядеть собственно деревню). Лола поблагодарила за поездку, рассчиталась, перешагнула на мостки, и подумала (между прочим) что причал, скорее всего, построен нелегально. Как и множество аналогичных конструкций, появившихся на реках Европы незадолго до Вандалического кризиса, когда ширилась контрабанда бытовой техники из Северной Африки. Тогда это преследовалось полицией. Также изрядно преследовались нелегальные «новинки»: кристадин-фюзоры и биопанковские генлабы. Однако, с тех пор у властей Евросоюза изменились приоритеты согласно ограниченному потенциалу — так это называется в политологии…

…Такие мысли успели прокрутиться в голове Лолы Ву, пока она шла от края причала к маленькой поляне-парковке на примыкающей грунтовой дороге, где ее встречал будто специально облепленный грязью небольшой внедорожник с огромными колесами. Если точнее, то встречал дядька, удивительно похожий на моржа из детского мультика. Этот мультяшный морж был одет в серую рубашку и синий комбинезон, к тому же, держал в зубах дымящуюся сигару-самокрутку (и как-то умудрялся не подпалить усы). Впрочем, увидев Лолу, он выплюнул самокрутку, спрыгнул с капота машины точно между двумя колеями-лужами (хотя сапоги позволяли ему не заботится от такой мелочи как лужи), и широкими шагами двинулся к гостье.

— Лола Ву, журналист из Euro-Twin, верно? – спросил он.

— Да. А вы пан Франтишек Водслон, дядя Кветки Млинарж?

— Пан это для официоза, для тебя просто: Франтишек. Годится?

— Годится, — она улыбнулась, — тогда просто: Лола.

…

Через минуту стало понятно, почему Франтишек встречал ее на таком специфическом транспортном средстве. Будь у машины колеса обычного размера – она застряла бы, не доехав от причала до фермерской усадьбы (хотя до усадьбы рукой подать). Не спас бы никакой крутящий момент, поскольку даже эти колеса утопали на метр в мешанине из размокшей глины и странных ветвящихся стеблей или корней. Вероятно, по грунтовке зигзагом можно было доехать на обычном джипе, однако Франтишек решил, что гостье интересно будет посмотреть ферму, и поехал напрямик через поле между грядками…

…Точнее, это называлось бы грядками на обычном картофельном поле, а тут какое-то болото, заросшее более-менее ровными рядами чего-то вроде гигантского камыша. По параллельной соседней полосе неторопливо ползла штуковина, похожая на огромного механического жука-скарабея, только эта штука тянула за собой не шарик из навоза, а маленькую лодку-плоскодонку, частично загруженную пурпурными клубнями. Явно не картофель — клубни раза в четыре больше. Лапы жука ритмично ныряли в рыжую грязь, извлекали оттуда очередной клубень, и бросали в лодку.

— Трансгенный батат? – попробовала угадать Лола

— Трансгенный водяной ямс, — поправил Франтишек.

— Понятно! – Лола кивнула, видевшая похожую культуру на Мадагаскаре, — А этот жук, вероятно, аграрный робот?

— Аграрный голем, так точнее, — снова поправил он.