Читаем Тень полностью

— Ты можешь просто сказать это, Элисон. Ты можешь произнести его блядское имя. Я знаю, что это Балидор. Это он тебя «пилит»… разве не так, жена?

Ощутив боль в моей груди, я сделала небрежный жест.

— Не только он, — нейтрально ответила я. — Джон тоже, — помедлив, я добавила: — Тебе будет полезно провести время в свете кого-нибудь другого. Вэша… или Тарси. Кого-нибудь, у кого больше опыта, кто может подойти к этому под другим углом, — увидев, как напряглось его лицо, я смягчила свой тон. — Ревик. Я просто устала. Пожалуйста, не воспринимай это на свой счёт. Пожалуйста.

Его глаза впивались в меня взглядом, и злость маячила на поверхности. Он не ответил.

Я прикоснулась к его лицу, но он опять вздрогнул.

— Там много чего происходит, — сказала я ему. — Снаружи, имею в виду. Мы получили сообщение из Китая, и мне нужно что-то предпринять. Вой Пай пытается…

— Не надо, — он покачал головой, стиснув зубы. — Мне не нужно это выслушивать, блядь, Элли, — он наградил меня прищуренным взглядом. — Тебе всё равно не стоит делиться со мной секретной информацией. Ты чертовски хорошо знаешь, что если я когда-нибудь освобожусь…

— Ревик, gaos. Не надо. Пожалуйста, не делай этого. Дело не в тебе.

Он издал злой смешок, качая головой.

— Ага. Конечно.

Он уставился на меня. На короткое мгновение он, казалось, вновь увидел меня. Затем его глаза ожесточились ещё сильнее. Я вздрогнула от злости, мерцавшей в его свете.

— Просто убирайся нахуй, Элли. Уходи.

— Ревик, — я мягко щёлкнула языком, качая головой. — Мне не нужно уходить прямо сейчас…

— Нет. Нужно, — его челюсти сжались. — Убирайся отсюда нахуй. Я хочу, чтобы ты ушла и никогда не возвращалась. Завязывай с объяснениями и просто вали нахер.

Я умолкла от боли, полыхнувшей в его свете.

Он задышал тяжелее, его кожа раскраснелась, губы сердито скривились. Я видела ту холодность в его глазах, но за ней скрывалось нечто большее — нечто настолько большее, что я не могла это осмыслить. Видимо, и он тоже. Смятение вплеталось в ярость, которую я могла ощущать. Что бы там ни было, он, похоже, едва это сдерживал. Его ладони сжались в кулаки на бёдрах, и я чувствовала в нём боль, но это была не боль разделения — по крайней мере, не только она.

Посмотрев ему в лицо, я осознала, что не только я достигла переломной точки.

Он срывался.

Мне приходило в голову уйти — просто встать и уйти, вернуться и поговорить с ним позже, когда мы оба поспим. Принять душ. Позволить ему остыть. Позволить нам обоим успокоиться.

Мне также приходило в голову опять подвергнуть нас этому, использовать данное состояние.

Эта мысль вызвала у него облако такой интенсивной ярости, что я вздрогнула.

— Нет, — он уставился на меня, задышав тяжелее. Теперь его взгляд сделался убийственным. — Ни за что на свете, чёрт подери, я не стану делать это снова. Только не с тобой. Я серьёзно, Элли. Тебе придётся сначала накачать меня наркотой, — он показал на дверь одной рукой в кандалах. — Убирайся отсюда нахуй! Немедленно!

Мне стоило уйти.

Когда я этого не сделала, ещё больше боли выплеснулось из него облаком.

Слёзы катились по его щекам, пока он невидящим взглядом уставился в стену. По большей части я всё ещё ощущала в нём злость, ярость столь интенсивную, что я не могла даже приблизительно понять, в чём дело. Я попыталась прикоснуться к нему, но в этот раз он не просто вздрогнул или отодвинулся — он отпихнул мою руку. Когда я отодвинулась, он отвернулся и вытер лицо одной ладонью.

— Ревик, — позвала я. — Я люблю тебя.

Он покачал головой, но не ответил.

— Ревик… — начала я.

— Просто прекрати, Элли. Прекрати. Всё кончено. Боги. Я так сильно хочу, чтобы всё это закончилось, — покачав головой, он издал хриплый смешок. — Gaos. Я знал это. Блядь, я знал это даже тогда. Я знал, что надо это отпустить. Жить дальше своей жизнью, чёрт подери. Но я не мог. Никогда не мог.

Боль в моей груди сделалась резче.

— Ревик, пожалуйста. Просто отдохни. Я уйду, хорошо? Мы оба поспим, и станет лучше, обещаю.

Он покачал головой. Его голос звучал омертвевшим.

— Я говорю не о сессиях, Элли.

— Тогда о чём?

— О браке, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Я хочу положить конец этому блядскому браку.

Я вздрогнула. Ничего не сумела с собой поделать.

В этот раз его глаза отреагировали на моё вздрагивание. Я ощутила его колебание, затем он вновь отвернулся. Он накрыл лицо ладонью и закрыл глаза.

— Я знаю, что нас нельзя разделить, — сказал он, всё ещё не глядя на меня. — Я всё это знаю, Элли. Но с меня хватит. Я больше не хочу быть женатым на тебе. Я хочу, чтобы мы нашли какой-нибудь способ обойти связь, жить отдельными жизнями, — он покачал головой, и в его голове всё ещё звучала боль. — Я знаю, что это будет непросто. Я знаю это. Но даже такая жизнь должна быть лучше этого.

Я просто смотрела на него, не шевелясь.

Я опять затерялась в том месте, где проснулась — в месте без надежды, безо всего. Боль свернулась в моем нутре, пульсируя низким, убийственным пульсом.

Я почувствовала, как начинаю отстраняться, закрываться.

Я не могла справиться с этим разговором, только не сейчас. Может, никогда.