Читаем Тень полностью

Врег читает текст, немного щурясь в тусклом освещении. Закончив, он вскидывает бровь, но не комментирует. Нензи чувствует, что другой видящий скрывает большую часть реакции из своего света, чтобы тот её не увидел.

— Ты можешь сделать это на оригинальном языке? — спрашивает он. — На древнем, имею в виду?

Врег показывает согласие, словно это всего лишь детали. Опять посмотрев на книгу и, видимо, заново перечитывая строки, он бросает на Нензи нейтральный взгляд.

— И где ты это хочешь? — спрашивает он.

Нензи показывает на верхнюю часть его левой руки.

— Там? — Врег хмурится. — Ты хочешь, чтобы текст шёл по кругу? Уверен?

— Да.

Воцаряется молчание, во время которого Врег лишь смотрит на него. Затем он вновь показывает жест, сохраняя нейтральный взгляд.

— А вторая? Ты сказал, что хочешь две тату.

Нензи показывает утвердительный жест.

— Я хочу Меч и Солнце. Древнюю версию. Я хочу ту, где высокое пламя и золотой центр. Синева, белизна, золото.

Врег слегка прищуривается.

— И где же ты хочешь её, друг мой?

Он показывает на своё левое плечо.

— Я бы хотел сделать её большой, — добавляет он. — Ты можешь это сделать, брат?

Несколько секунд Врег лишь смотрит на него, скрестив руки, и его тёмные глаза остаются неподвижными. Наконец, увидев что-то на лице Нензи, он вздыхает и тихонько щелкает языком.

— Ты уверен, что не перепутал места, заморыш? Ты знаешь, о чём просишь, ведь так?

Нензи кивает.

— Я уверен.

Глаза Врега выдают, что он не верит до конца.

— Левое плечо, — говорит он наконец. — Ты знаешь, что означает это место?

Нензи опять показывает подтверждение.

— Да, брат. Это то, ради чего я буду жить.

— А левая рука?

— Это то, ради чего я умру.

Врег хмурится ещё сильнее, всё ещё глядя на него и словно пытаясь прочесть что-то в его глазах, не читая светом.

— Это нетрадиционно, Нензи, — говорит он. — Ты знаешь, что мы носим Меч и Солнце там, на руке. Мы все носим его там. Все. И так сказано в древних текстах.

Нензи кивает.

— Я знаю, — посмотрев Врегу в глаза, он позволяет старшему видящему почувствовать его, чего он почти никогда не делает. Он открывает свой свет, удерживая его взгляд, чтобы Врег почувствовал его искренность.

— Это не неуважение, брат, — говорит он. — Это не так.

Врег лишь смотрит на него, но по его лицу видно, что он ощутил то, что показал ему Нензи.

Он тихонько фыркает, всё ещё оценивая его взглядом и изучая лицо молодого видящего.

— Ладно, — говорит он. — Да, я это увидел. Я просто не понимаю.

Умолкнув, он снова пожимает плечами, словно не зная, что к этому добавить.

— А тебе нужно понимать? — спрашивает Нензи.

Врег хмурится. После очередной паузы он вздыхает и опять щелкает языком.

— Нет, брат. Мне не нужно, — но он продолжает смотреть на него, хмуро поджимая губы. — И ты хочешь чернила видящих, Ненз? Они не так-то просто сводятся, заморыш. И я-то, может, верю, что ты не подразумевал неуважения, но другие могут не поверить.

— Мне нет дела до других, — говорит он.

— А так не должно быть, — тихо отвечает Врег. — Они твоя родня.

— Тогда они должны уважать моё желание, — говорит он, поднимая взгляд на Врега. — Я делаю это не для них. Не для них, и не против них.

После очередной паузы Врег вновь кивает, его глаза выражают неохоту.

— Да, — говорит он. — Это я тоже понимаю.

— И я не хочу это сводить, — добавляет Нензи, и его тон впервые делается суровым. — Я хочу, чтобы чернила проникли глубоко, Врег. Так глубоко, как ты только можешь их загнать.

После небольшой паузы, во время которой старший видящий опять пытается прочесть его выражение, он кивает. В этот раз кивок решительный.

— Да, — говорит он. — Я могу это сделать.

— Сейчас?

— Да, сейчас.

Врег уже встаёт.

На глазах Нензи он идёт обратно к своей кровати, опускается на колени и вытаскивает деревянный сундук из-под её корпуса. Он отпирает железный засов ключом, который носит на шее, затем открывает крышку и копается в одежде и других вещах внутри.

Нензи продолжает наблюдать, когда тот вытаскивает ручное устройство из какого-то зеленоватого металла. Он видел его несколько раз в этих бараках — и даже в поле, поскольку видящие использовали его, чтобы подсчитывать количество человеческих убийств на коже.

Затем Врег отодвигает ещё какие-то предметы и вытаскивает несколько маленьких стеклянных баночек. Некоторые заполнены какой-то прозрачной жидкостью, но три из них содержат такие яркие цвета, что они как будто светятся в комнате, тускло освещённой пламенем.

Предвкушение покалывает его кожу, когда видящий заворачивает это всё в растянутый лоскут кожи, хватает сумку сверху сундука и несёт это всё к нему.

— Снимай рубашку, — говорит Врег, показывая ему будничный жест.

Нензи почти не колеблется, стаскивая одежду через голову и морщась, потому что засохшая кровь приклеила ткань к ранам. Сдёрнув рубашку, он подвигается на кушетке, подставляя левую руку и бок другому видящему, пока Врег раскладывает инструменты на кушетке.

— Нам нужно прикрыть простыни? — спрашивает Нензи. — Будет много крови, верно?

Врег ему не отвечает.