- Вы влюблены в нее.

Михаил мрачно нахмурился.

- Я нуждаюсь. Я голодаю. Я хочу. В этом вся моя жизнь. - Он сказал это с мукой, как будто мог сделать истиной.

- Тогда почему вы испытываете такую боль, Михаил? Вы хотите ее, возможно, нуждаетесь в ней. Я могу допустить, что вы взяли ее. Вы были голодны, и я могу предположить, что вы питались. Почему вы должны испытывать такую боль?

- Вы знаете, что это неправильно брать кровь у женщины, к которой мы чувствуем другие аппетиты.

- Вы говорили, что не чувствовали сексуального желания несколько веков. Поэтому вы не можете чувствовать его совсем, - мягко напомнил ему Эдгар.

- Я желаю ее, - признался Михаил, его темные глаза были полны боли. - Я хочу ее каждую минуту дня. Я нуждаюсь в ней. Господи, она должна быть моей. Не только ее тело, но и ее кровь. Я пристрастился к ее вкусу. Я страстно желаю ее, всю ее, несмотря на то, что это запрещено.

- Но вы все равно сделали это?

- Я почти убил ее.

- Но не убили же. Она все еще жива. Она не может быть первым случаем, когда вы питаетесь слишком сильно. Остальные причиняли вам боль?

Михаил отвернулся.

- Вы не понимаете. Причина в том, как это произошло, что я сделал потом. Я боялся этого, с того самого момента, как впервые услышал ее голос.

- Если этого никогда не случалось ранее, то почему вы боитесь?

Михаил опустил голову, а его пальцы сжались в кулаки.

- Потому что я хотел ее, я не мог пережить ее потерю. Я хотел, чтобы она узнала меня, узнала с наихудшей стороны. Увидела всего меня. Я хотел привязать ее к себе так, чтобы она никогда не смогла покинуть мой мир.

- Она человек.

- Да. Но у нее есть способности, ментальный канал связи со мной. Сочувствие. Она стремится к красоте. Я говорил себе, что не буду так поступать, что это неправильно, но прекрасно понимал, что все равно поступлю так.

- И зная, что все это, по вашему собственному убеждению, является неправильным, вы все равно это сделали. У вас должна быть стоящая причина.

- Эгоизм. Вы не слушали меня? Я, я, я. Все для себя. Я нашел причину продолжить свое существование и взял то, что не принадлежит мне, и даже теперь, разговаривая с вами, я понимаю, что не отпущу ее.

- Смиритесь со своей природой, Михаил. Смиритесь с тем, кто вы есть.

Смех Михаила был горьким.

- Для вас все так ясно. Вы говорите - я один из детей Бога. У меня цель, я должен принять свою природу. Моя природа, говорит - бери то, что считаешь, что принадлежит тебе, удерживай это, защищай это. Соединяй со своим миром, если это необходимо. Я не могу позволить ей уйти. Не могу. Она словно ветер, свободный и свежий. Если я запру ветер в клетке, не умрет ли он?

- Тогда не держите его в клетке. Позвольте ему остаться рядом с вами.

- Как я смогу защитить ветер, Эдгар?

- Вы сказали, что не можете , Михаил. Вы не можете позволить ей уйти. Не сделаете , не желаете . Вы сказали - не можете - в этом все различие.

- Для меня. А как насчет нее? Какой выбор я предоставляю ей?

- Я всегда верил в вас, в вашу доброту и вашу силу. Вполне возможно, что девушка точно также нуждается в вас. Вы слышали легенды и ложь, связанные с вашей расой так часто, что начали верить во всю эту чепуху. Для истинных вегетарианцев люди, потребляющие в пищу мясо, кажутся омерзительными. Тиграм для выживания нужны олени. Растения нуждаются в воде. Мы все нуждаемся в чем-либо. Вы берете только то, в чем нуждаетесь. Преклоните колени, получите благословение Божье, и возвращайтесь к своей женщине. Вы найдете способ защитить свой ветер.

Михаил послушно преклонил колени, склонив голову и позволяя миру старого человека и его словам успокоить его. Снаружи так же резко затих яростный шторм, словно он растратил свой гнев и теперь может отдохнуть до следующего раза.

- Спасибо, Отец, - прошептал Михаил.

- Делай все, что должен, чтобы защитить свою расу, Михаил. В глазах Господа, они все Его дети.

Глава 4

Михаил обхватил руками стройную фигуру Рейвен и крепко прижал к своему крепкому телу. Его тело, защищающе, склонилось над ней. Она находилась в глубоком сне, ее тело было легким, а лицо бледным. Под глазами залегли темные тени.

- Я сожалею об этом, малышка, сожалею, что из-за меня ты оказалась в таком состоянии. Скотина, вот кто я, и я знаю, что поступил бы так снова. Ты не умрешь, я не позволю этого, - нежно прошептал он ей.

Сделав надрез на вене на своем запястье, он наполнил темно-красной жидкостью стоящий рядом с кроватью стакан.

- Послушай меня, Рейвен. Тебе следует выпить это. Повинуйся мне немедленно. - И он прижал стакан к ее бледным кубам, вливая немного его содержимого в ее горло.

Его кровь обладала прекрасными целительными свойствами и могла сохранить ей жизнь.

Рейвен задохнулась, подавившись, и попыталась отвернуть голову, как и в первый раз.

- Повинуйся мне немедленно. Ты должна выпить все до капельки. - На этот раз его команда была намного сильнее.