Читаем Темный принц полностью

Жак развернулся, красные огоньки зажглись в глубинах его глаз. От его низкого предупреждающего рычания по спине Рейвен прошлась дрожь, а у напавшего на священника человека схлынула с лица вся краска.

Вокруг них поднялся ветер, закруживший листья и веточки возле ног Жака. Создание казалось материализовалось из ниоткуда, с силой ударив его в грудь и подняв, бросило прямо в дерево.

Рейвен закричала.

-  Михаил! Ты где ?

- Иду. Убирайся оттуда.

Жак и его немертвый нападающий с шумом били друг друга об деревья. Резали когтями, рвали и раздирали клыками. Ветки ломались под весом их тел. Эти двое, сцепившиеся в смертельной схватке, постоянно меняли свою форму. Вампир, сильный и на пике своих возможностей после свежего убийства, бросился на Жака, избивая его, нанося кровоточащие порезы по всему его телу.

-  Беги, Рейвен. Это тебя он хочет , - предупредил Жак. - Уходи, пока можешь .

Она слышала тяжелое дыхание Жака, видела его возрастающую слабость. За всю свою жизнь Рейвен ни разу не нападала на другого человека, но было очевидно, что Жак в беде.

-  Поторопись, Михаил . - Отчаяние сквозило в ее послании.

Рассвет окрасил небо, когда она бросилась на спину вампира, стараясь оторвать его от Жака.

- Нет, назад! - Крик Жака был резким, властным, с нотками ужаса .

- Не надо, Рейвен! - Издалека повторил приказ Михаил.

- Нет, женщина, не делай этого! - Свирепо прошептал в ее голове голос Грегори.

Не понимая почему, но будучи уверенной, что находится в смертельной опасности, Рейвен попыталась было спрыгнуть. Но вампир протянул руку и схватил ее за запястье в похожей на тиски хватке, его глаза загорелись триумфом. Острые зубы впились в ее руку, и он с жадностью начал пить темную горячую кровь. Рука в этом месте горела и болела, как от докрасна раскаленного клейма. Ее кожа оказалась разорванной, с зияющей раной, а его клыки все продолжали терзать ее.

Михаил и Грегори одновременно ментально нанесли удар по горлу вампира. Хотя нападение на того, в ком текла карпатская кровь, было не слишком успешным, тем более, что они находились на некотором расстоянии, но их совместная попытка на некоторое время вышибла воздух из немертвого. А Жак с удвоенной яростью врезал вампиру, отталкивая его назад, оттесняя от Рейвен, так что она вновь почувствовала себя свободной. Хлынувшая кровь, окрасила траву в ярко-красный цвет, и на какой-то момент оба сражающихся замерли, отвлеченные алым душем, почти в унисон повернувшись в ее сторону.

- Закрывай эту рану! - Ощерился вампир, его голос был грубым.

-  Рейвен, ты умрешь от потери крови . - Постарался спокойно сказать Жак, желая, чтобы она поняла всю серьезность ситуации.

Вампир нанес удар, вспарывая ногтями живот Жака, вынуждая его опустить руки, чтобы защитить себя. Голова вампира исказилась, вытянувшись в длинную морду, наподобие волчьей, и приблизилась к открытому горлу Жака, впиваясь в него и разрывая.

Рейвен закричала и всем телом набросилась на вампира, нанося яростные удары по его спине и плечам. С презрением он бросил тело Жака, которое осталось лежать подобно изношенной тряпке в гниющей растительности. Затем он притянул запястье Рейвен к своему рту, его глаза улыбнулись ей, когда он осознанно медленно провел языком по ране, закрывая ее. Ее тело и разум выступили против этого жуткого контакта, в животе все поднялось, протестую против этого нечистого прикосновения.

- Запомни, смертный, она моя, - скомандовал он Словенски. - Этой ночью я приду за ней. Укрой ее от солнца. - Вампир отпустил ее и взмыл в небо.

Смочив слюной свои руки, Рейвен, спотыкаясь, направилась к неподвижно лежащему телу Жака.

- Этот вампир убил его, - в истерике закричала она. Одновременно она опустила руки к земле и зачерпнула полные пригоршни грязи. - О, Господи, он умер. Ты позволил убить его! - Используя свое тело в качестве щита, чтобы никто не увидел, что она делает, Рейвен закрыла рану на горле Жака землей, смоченной ее исцеляющей слюной. - Пей, Жак, сейчас же, потому что только так ты сможешь продержаться до прибытия Грегори и Михаила . - Прижимая запястье к его рту, Рейвен продолжала драматически рыдать, в виде исключения, признательная за то, как часто мужчины думают, что в кризисных ситуациях женщины впадают в истерику.

-  Михаил! Жак смертельно ранен и лежит на солнце . - Она почувствовала приближение человека и осторожно отняла свое запястье, предупреждая. Жак был очень слаб, питался вслепую, и чуть не пропустил намек. Он потерял слишком много крови.

С величайшим достоинством Рейвен прикрыла его голову и произведенную ею работу своим кардиганом, затем наклонилась, словно для того, чтобы сказать последнее прощай.