Читаем Темные воды полностью

В отделение Бромли она прибыла около половины восьмого и сразу же поднялась в оперативный отдел. С кофе в руках встала перед демонстрационными досками, глядя на следственные материалы. После обнаружения зуба фотографии Боба Дженнингса и Тревора Марксмэна она прикрепила по обе стороны от снимка с хижиной и маркером провела между ними линию, объединив в одно целое.

Зазвонил ее телефон. Она увидела, что это Нилз Акерман.

– Нам удалось провести сравнительный анализ зуба, найденного в подвале, по медицинским документам в стоматологической карте Джессики Коллинз, – начал он без предисловий. – Мне очень жаль. Совпадений не выявлено. Это зуб не Джессики.

У Эрики сжалось сердце. Ей пришлось присесть на край стола.

– Это точно?

– Абсолютно. Я начал с простого: приставил зуб к слому в челюсти скелета. Он не подошел ни по одному параметру. Тогда я стал искать совпадения по медицинской карте, ведь могло случиться так, что зуб подвергался воздействию огня и обгорел, но ничего такого выявлено не было. Я отдал зуб одному своему коллеге с просьбой постараться извлечь из него пульпу и выделить из нее ДНК, но это зуб не Джессики. Мы также вернулись в подвал, взяли образцы почвы и проверили на метан: ничего, это просто грязь.

– Проклятье!

– Мне очень жаль.

– Да вы-то тут при чем? Теперь у меня больше вопросов, чем ответов… Как детский зуб оказался в подвале Боба Дженнингса?

На другом конце провода молчали.

– Простите, Нилз. Я знаю, что выяснять это – не ваша работа…

– Я вам не завидую, – сказал он.

– В любом случае спасибо, что известили, – унылым тоном поблагодарила его Эрика.

Закончив разговор по телефону, она подошла к демонстрационной доске, на которой рядом с картой природного парка была прикреплена информация о карьере. В нем добывали еще и глину. Эрика шагнула к ближайшему столу, загрузила «Википедию», в поисковой строке набрала «глиняный карьер, кент» и нашла короткую статью:

«Лондонская глина – это твердая горная порода голубоватого цвета, при выветривании обретающая коричневый оттенок. Эта глина до сих пор используется в коммерческих целях для производства кирпичей, плитки и гончарной керамики. Как почва она неплодородна, не подходит для разведения садов и выращивания урожая».

Эрика продолжила поиск и выяснила, что Кент стоит на отложениях мела, песчаника и глины.

– Чем я занимаюсь? Никакой конкретики, все равно что тыкать пальцем в небо, – пробормотала она.

– Да, Кент – огромное графство, – раздался сзади голос. Вздрогнув, Эрика резко обернулась и увидела за спиной Крофорда, смотревшего на экран ее компьютера. – Прошу прощения, – добавил он.

– Никогда больше так не подкрадывайтесь! – рявкнула Эрика.

– Я думал, нам известно, в каких целях использовали карьер?

– Известно. Я просто пытаюсь установить связь, выявить точки соприкосновения…

– Такие длинные слова с утра пораньше, – пошутил он. Она не улыбнулась.

– Джессика пропала много лет назад, а теперь ее останки обнаружили буквально в миле от ее дома. – Эрика стала пересказывать свой разговор с Нилзом. Крофорд, присев на угол ее стола, слушал и кивал. Когда она закончила, он немного помолчал. Потом произнес:

– Вам известно, что побережье Кента, Дуврский пролив, лежит всего в двадцати одной миле от Европы?

– Да. Только что прочитала на экране, – раздраженно бросила Эрика.

– Постойте. – Крофорд встал. – Вы сейчас говорили, что глину используют в коммерческих целях для изготовления кирпичей и керамической плитки. Вам не кажется, что это может быть ниточка, ведущая к Мартину Коллинзу? Он ведь строитель.

Его кивание Эрику бесило.

– Крофорд, глину в карьере перестали добывать еще перед Первой мировой войной. Мартин Коллинз с семьей переехал сюда в восемьдесят третьем. И это общинные земли; карьер – местная достопримечательность.

– О, – произнес Крофорд, краснея.

В оперативный отдел вошли несколько офицеров, следом за ними Мосс и Питерсон. Эрика вдруг почувствовала, как в ней бурлят, ища выхода, гнев и досада. На кого же их излить, как не на Крофорда? Идеальная кандидатура.

– Это и без того сложное дело, а тут вы еще подкрадываетесь сзади и выдвигаете тупые версии, ни на чем не основанные. Умнее от этого выглядеть вы не стали, только злите меня. Если ничего толкового сказать не можете, тогда не мешайте работать.

Остальные сотрудники на цыпочках разбредались по своим столам, снимая верхнюю одежду. Крофорд теперь заливался румянцем, глаза его покраснели.

– Только реветь не надо, на это у нас нет времени, – добавила она. – Что с септиком?

– Э-э… жду информацию, – промямлил Крофорд, силясь совладать с собой.