Читаем Темные Фейри полностью

Я мельком увидел их шерсть между деревьями, их головы, поднятые вверх, воющие навстречу огромному зверю, который пронесся над головами. Мои крылья задевали верхушки деревьев, когда я резко набирал высоту, направляя их к озеру Темпест в северо-западном углу кампуса. Я достиг кромки воды раньше них и опустился ниже, мои крылья пронеслись по неподвижной поверхности и пустили по ней рябь на многие мили.

Я обогнул темный водоем на большой скорости и вернулся обратно к тому месту, где моя стая хлынула из-за деревьев на галечный пляж. Они купались в свете луны, ее сила пополняла их магические резервы, пока они мчались вдоль берега.

Двумя мощными взмахами крыльев я опередил их и полетел как можно ниже над береговой линией, распушив за спиной хвост. Табита радостно залаяла, поравнявшись с моим боком, ее серая шерсть казалась почти серебряной в лунном сиянии.

Я издал еще один рев, в котором была нотка смеха, упиваясь ощущением полета в форме моего ордена. Я провел волков вокруг озера четыре раза, пока они не устали и не остановились. Некоторые из них зашли в воду, другие играли и обнимали друг друга на берегу. Я опустился рядом с ними и Табита потерлась своим мокрым носом о мой, прежде чем отправиться в погоню за Никитой.

Это был единственный раз, когда я действительно почувствовал разницу между нами. Черт, мне нравилось быть чертовым Штормовым Драконом. Альфой самой страшной волчьей стаи в Солярии. Звучало это тоже очень круто. Проблема была лишь в том, что иногда я вспоминал, насколько я отличался от них.

Когда я был ребенком, все мои братья и сестры сформировались рано, как это было принято у оборотней. Я катался на их спинах, купался с ними, играл с ними в лесу. Но когда появился мой Орден, мама призвала меня взять на себя ответственность, меняться, когда меняются волки и вести их как Альфа Дракон. Но чем дольше это продолжалось, тем менее легко было присоединяться к ним вот так. А иногда мне этого не хотелось.

Как бы я их ни любил, драконы по природе своей были более одинокими. Время от времени мне просто хотелось ускользнуть в облака и в одиночестве расправить крылья. И когда мы спускались к озеру, они знали, что в конце концов я улечу. Это было мое любимое место для полетов в кампусе и, кроме того, здесь было место, куда я любил уходить, когда мне нужно было собраться с мыслями.

Я расправил крылья и моя стая завыла на прощание, когда я взлетел мощным рывком, поднимаясь все выше и выше в небо. Я мчался к облакам, виляя по ним и наслаждаясь влажными поцелуями влаги на моих крыльях. Сила излучалась через меня, мое возбуждение росло по мере того, как я поднимался все выше в небеса.

Энергия все нарастала и нарастала в моем теле, умоляя вырваться наружу и я наконец выпустил ее. Я раскрыл свои огромные челюсти и из самой груди, словно молния, вырвался огромный заряд белого раскаленного электричества. Звук, который я издал, был сродни громовому раскату и тучи вокруг меня потемнели, пульсируя от моей штормовой силы. Дождь полил далеко внизу и я услышал, как он ударил по озеру, подобно бурным аплодисментам.

Волки снова завыли, пока я мчался сквозь облака, эмоции вырывались из меня в виде электричества.

Когда я окончательно выдохся, я прижал крылья к бокам и позволил себе свободно падать к озеру, кувыркаясь по спирали сквозь облака. Это была свобода. Ничто в мире не могло сравниться с ней. Буря, ветер, дождь, шторм. Я был ее живой, дышащей частью. Это было то, для чего я был рожден.

Я остановился перед озером, дождь каскадом стекал по моей спине, когда я нацелился на причал у кромки воды. Приземлившись на пирс, под моим весом деревянные рейки жалобно заскрипели. Приняв форму дракона, я направился вверх по пирсу и в моей крови бурлило ликование.

Лодочный домик был размером с сарай, с облупившейся белой краской и огромной старой ивой, прислоненной к одной стороне. Ветви свисали вниз над отверстием в передней части, создавая внутри кокон. Среди имеющихся в распоряжении Академии Авроры судов были три простые рыбацкие лодки, пара гребных лодок и куча каноэ. Я не мог вспомнить, когда студенты в последний раз пользовались хоть одним из них. Вот почему это место было моим убежищем. Сюда никто не приходил, так что я считал его своим.

Раздвинув ивовые ветви, я втянул в себя запах влажного дерева и старого лака, который пощипывал мои внутренности, заставляя напряжение плавно уходить из моего тела. Здесь было знакомо и почти по-домашнему уютно; единственное место в кампусе, где я мог по-настоящему уединиться.

Я направился внутрь, разминая конечности, лениво пробираясь к задней части лодочного домика, проходя мимо рыбацких лодок на воде в самом центре помещения. Вдоль стен висели веревки и сети, а также куча ржавых инструментов столетней давности.

— Я не была уверена, как долго стоит ждать, чтобы сказать тебе, что я здесь, но на случай, если ты пришел сюда подрочить, я подумала, что лучше сказать сразу.