Читаем Темные Фейри полностью

Я вернулась в свою комнату с мыслями об уроке, который Титан только что провел для меня по ментальным щитам. До приезда сюда я уже довольно хорошо разбиралась в них, но он помог мне укрепить защиту, специально направленную на защиту от видений. Я не сразу догадалась, что это был тонко завуалированный урок по защите от гипноза Василиска и была рада, что он дал мне несколько новых приемов, хотя я уже неплохо справлялась с тем, чтобы выгнать Райдера из своей головы. Возможно, профессор Титан был немного прямолинеен в своем подходе, но я не могла не оценить его помощь.

В общежитии было довольно тихо, когда я поднималась по лестнице на верхний этаж. Был вечер пятницы и многие студенты, как обычно, отправлялись развлекаться в местные бары. И как обычно, я к ним не присоединялась. У меня не было денег на выпивку и никого, кого я могла бы назвать другом, чтобы пойти с ним выпить, даже если бы он у меня был. Кроме Лейни, которая не пьет и проводит свои пятничные вечера в одиночестве в библиотеке, где она может насладиться тишиной. Так что у меня никого не было. Этот факт был немного угнетающим. Я так много внимания уделяла выяснению того, что, черт возьми, случилось с моим братом в этом месте, что не позволяла себе завязать настоящие отношения с другими студентами. Наверное, в какой-то степени я винила их всех в смерти Гарета. За то, что никто из них ничего не заметил, не сказал, не сделал, что могло бы привести к тому, что он выжил.

Вздохнув, я попыталась выпустить часть своего гнева, но не смогла. Она жила во мне с каждым вздохом. Поглощала, пожирала. Этому не будет конца, пока не будет конца тому, кто убил его. И даже тогда я не была уверена, что когда-нибудь смогу сказать, что мое сердце снова обрело покой. Потому что часть его всегда будет отсутствовать. И ничто из того, что я могу сделать здесь, не изменит этого.

Я открыла дверь в нашу комнату в общежитии и в кои-то веки обнаружила, что она пуста. Это было так необычно — иметь комнату в своем распоряжении, так что я быстро скинула туфли и расстегнула верхние пуговицы рубашки, собираясь… ну, я решила просто сесть на свою койку и пролистать дерьмо на своем Атласе. Но в этот раз я буду делать это в одиночестве, так что это имело значение.

Проведя рукой по волосам, я направилась к кровати, когда мое внимание привлек вопль боли.

Я хмуро повернулась к окну, сфокусировав свои усиленные чувства на этом звуке и до моих ушей донесся стук сердца, а затем рычащее проклятие.

— Габриэль? — задыхаясь, я бросилась к окну и широко распахнула его.

Мои губы раскрылись, когда я увидела, что он прижался к пожарной лестнице, его голая кожа была измазана кровью, а грудь сильно вздымалась и опадала. Он выглядел так, словно мог потерять сознание и я потянулась к нему, когда паника охватила меня, мое собственное сердце бешено колотилось, когда я воспринимала его состояние.

— Что с тобой случилось? — вздохнула я, поймав его за руку.

Он позволил мне затащить его в нашу комнату, а затем почти упал на меня, спустившись с подоконника.

Я схватила его за плечо, используя свою силу, чтобы поддержать его вес, пока его серые глаза смотрели в мои.

— Никому не говори, — вздохнул он, его тон был не требовательным, а молящим и только это заставило меня кивнуть в знак согласия.

Его кровь сочилась сквозь мои пальцы, когда я обхватила его голые плечи и окинула его взглядом. Его кожа была покрыта порезами, из которых сочилась кровь, а его прекрасные крылья были наполовину разорваны, в черных перьях зияли дыры. Они влажно блестели и когда я протянула руку, чтобы коснуться вершины одного из них, мои пальцы окрасились в темно-красный цвет.

Габриэль зашипел от боли, но я не отпрянула, а сильнее сжала руку и направила исцеляющую магию в ладонь. Заклинания, которые я знала, были довольно сложными, поэтому я использовала больше силы, чем в том случае, если бы у меня было больше подготовки, но мне было все равно. Мне просто нужно было забрать у него эту боль.

Габриэль прижался лбом к моему плечу и слабо застонал. Казалось, что он может потерять сознание и я заставила свою магию работать быстрее, от ее воздействия в моей груди образовалась пустота.

Я слушала, как замедляется сердцебиение Габриэля. Когда раны на его крыльях затянулись, я провела рукой по его плечу и спине, отыскивая рваные раны на остальной коже, чтобы моя сила могла быстрее их распознать.

Дыхание Габриэля выровнялось и он переместил руку на мою талию, притягивая меня ближе, а его голова по-прежнему лежала на моем плече.

Колодец силы во мне неуклонно истощался, пока внутри меня не образовалась пустота, отдающаяся эхом, но я не остановилась, пока каждая рана на его теле не была исцелена.

Мои пальцы начали дрожать, когда я закончила и последняя часть моей силы соскользнула с них на его кожу.

Дыхание Габриэля плясало над моей ключицей, но он не отпускал меня, несмотря на то, что уже был исцелен. Сглотнув комок в горле, я вспомнила, когда в последний раз была так близко к нему и по моему телу пробежал жар.