Читаем Темногорск полностью

– А что там, в этой бутылке? – Хозяйка опасливо покосилась на полиэтиленовую литровку.

– Вода, самим Романом Верноном заговоренная! – объявил Юл. – Неужели вы решили, что это водка?

Юный чародей в один миг расправился с пельменями и приказал, стараясь говорить солидно, веско:

– Вещи покажите.

Женщина наклонилась, засунула руку за шкафчик подле раковины и вытащила тряпку. Развернула. В самом деле золото. Кольцо и массивный золотой браслет с тремя камнями… знакомый браслет. Не спутать ни с каким другим. Юл только вчера этот браслет видел. На руке у Иринки Сафроновой. Тут ошибиться было никак нельзя.

Неужели?! Иринка! Сегодня ее в школе не было… Нет! – хотелось ему завопить на всю кухню, на весь дом, на весь город. Этот мерзавец Генка ограбил Иру Сафронову. Мразь! Юл стиснул зубы.

Он сидел как оглушенный, не в силах пошевелиться.

– В чем дело? – забеспокоилась хозяйка.

– Уберите, – хриплым голосом сказал чародей. – Я и так знаю, чей это браслет.

Хлопнула входная дверь. Раздались шаги.

– Генка, – прошептала мать и спешно завернула вещи в тряпицу.

Юл обернулся. На пороге стоял невысокого роста узкоплечий и щуплый пацан (Мишка перерос старшего брата сантиметров на пять, как минимум). Лицо Геннадия все было в синяках и ссадинах – следы вчерашней потасовки. Но, несмотря на ссадины и синяки, Юл узнал этого парня: вчера он попался Иринке и Юлу как раз возле покинутого участка. А вот юного чародея Генка, похоже, не узнал.

Что же этот тип наделал, сволочь?

– Кто это к нам приперся? – пробормотал Генка невнятно. Слова скорее угадывались.

– Юл… Юлий… – Мишка старался говорить солидно. – Романа Вернона ученик.

– Этот патлатый реально колдун?

– Колдун, – подтвердил Мишка.

– А что, лохматый убивает взглядом? – продолжал свой стеб Генка. – Или пальцем надо тыркнуть? – Похоже, преподанный Мишкой урок не убавил в нем наглости.

– Лучше прикоснуться, но издалека тоже можно. – Чародей вдруг абсолютно успокоился. Увидев Генку, он сразу решил, что нужно предпринять.

– С чем пузырь? – тут же навострился Генка, разглядывая принесенную бутылку. – Самогон?

– Вода особая, заговоренная, – сообщил гость. – Пьешь, и кажется, что это пиво. Самое лучшее. Ты какое любишь?

– Моча ослиная наверняка… – огрызнулся Генка.

– «Туборг», – сказал поспешно Мишка.

– Значит, будет «Туборг».

– Фигня, – бросил Генка. – Один гипноз.

– А ты попробуй. Мишка, дай всем стаканы, – повелительно, как умел это делать Роман, приказал Юл.

Мишка тут же вынул из пенала стаканы. Генка подсел к столу. Женщина забилась в угол, понимая, что ничем предстоящему помешать не может. Юл плеснул в стаканы воду, произнес заклинания. Генка уже руку протянул, но ученик чародея его остановил:

– Погоди. Тут еще один пас нужен. – Он взял стакан, неслышно шевельнул губами и вылил содержимое стакана Генке на макушку.

Тот замер, потом открыл рот и беспомощно заморгал.

Юл отставил пустой стакан, упер руки в стол, подался вперед, стараясь глядеть Геннадию в глаза.

– Теперь отвечай, с кого ты вещи золотые вчера снял.

– С девки одной.

– Ты ей угрожал? Бил?

– Да не фига я ей не делал. Она на земле валялась. И что-то такое лопотала. Пьяная или ширнутая – я не въехал. Куртка клевая. Но я куртку не сдернул. Только браслет и кольцо. Сумку тоже. Кошелек себе, бабло взял, а сумку в канаву.

Врет? Нет. В колдовском трансе врать никому не под силу. Правду говорит.

– Где ты ограбил девчонку?

– Да на Ведьминской, в грязи она сидела. Возле дома того с бетонным забором. Эту хату все знают: там еще осенью Чудак окочурился.

О, Вода-Царица! Что же получается?! Иринка назад побежала в стеклянный сад? Зачем?

Мишка что-то хотел спросить, или подсказать, но Юл предостерегающе поднял руку, опасаясь, что приятель может сбить его с настроя.

– Что с девчонкой сталось?

– Откуда мне знать? Я вещи снял и побежал. Небось, очухалась и домой… а может, ее кто трахнуть успел, – хмыкнул Генка.

Тут Юл не удержался и влепил мерзавцу пощечину.

Генка дернулся. В следующий миг тело его свело судорогой, изо рта полилась рвота – на стол, на тарелки с пельменями. Чародей отскочил к самой раковине, – спросить больше ничего не успел. Снова ввести Генку в транс уже не получится. Юл включил воду, наполнил стакан из-под крана, произнес нужное заклинание и плеснул Генке в лицо.

– Ты ничего не помнишь, никто тебя ни о чем не спрашивал. Сейчас иди спать. Спи целый час.

Генка поднялся и, пошатываясь, поплелся в комнату.

Только теперь начинающий колдун почувствовал, что весь взмок: рубашка так и липла к телу. Оказывается, колдовство – в самом деле тяжкая работа. Впрочем, Роман часто напоминал – для колдовского сеанса силы требуются необыкновенные. Это со стороны только кажется: ручкой махнул – и все получилось.

«А ведь подчинил я его, клянусь водой, подчинил!» – мысленно возгордился Стеновский.

Вот только блевотина… У Романа в таких случаях допрашиваемых не рвало. Но это, скорее всего, из-за пощечины.

– Что нам с братом делать теперь? – растерянно спросил Мишка.

– Понятия не имею.

– А вещи? – спросила мать. – Чьи они?

– Золото это Иры Сафроновой. Если сумеете, ей верните.