Читаем Темное Крыло полностью

На капитанском мостике «Ланкастера» раздались дружные аплодисменты, однако тут же экраны мониторов полыхнули белым светом, а аппаратура слежения перестала действовать. Два разрастающихся сгустка энергии оказались на траектории имперских звездолетов, которым срочно пришлось изменить курс. Когда мониторы ближнего и дальнего наблюдения снова ожили, на «Ланкастере» вновь увидели уцелевший корабль зоров. Он и не думал отступать под прикрытие базы, но, напротив, направлялся к точке выхода из прыжка, где по-прежнему находились «Микены», прикрывавшие брешь вместо так и не появившегося «Севастополя».

— «Хельсинки», сделайте разворот и атакуйте его, — скомандовал Сергей, и тут сенсоры «Ланкастера» зафиксировали выходящий из прыжка корабль. Это был «Севастополь».

Он с ходу сблизился со звездолетом зоров левым бортом и, едва успев привести в действие свои защитные поля, открыл огонь. Звездолет зоров не имел никаких шансов уцелеть, оказавшись между «Микенами» и «Севастополем», как между молотом и наковальней.

Эскадра прорвалась во внутреннюю систему. На орбите планеты Л'альЧан, четвертой в своей системе, находилась космическая база для трех кораблей зоров, но она никак не могла противостоять массированному огню имперских звездолетов. После того как большая часть корпуса базы была разрушена, она быстро сошла с орбиты в верхние слои атмосферы Л'альЧан. Преследуемая кораблями землян, она падала вниз, и то, что не сгорело в атмосфере, погрузилось в океан в нескольких сотнях километров от материка.

Сергей был готов принять капитуляцию наземной группировки зоров и уже приказал выйти с ней на связь, но Марэ неожиданно отменил его приказ.

— У них уже была возможность капитулировать, — тихо сказал он, потирая рукой колено.

— С тех пор ситуация сильно изменилась, сэр, — осторожно возразил Сергей. Тем временем компьютер орудийного отделения уже определил наземные цели для ведения огня, большинство из которых являлись населенными пунктами или промышленными комплексами.

— У вас есть приказ, коммодор. Выполняйте его.

Сергей задумался. После того как военная мощь зоров была нейтрализована, разрушать инфраструктуру планеты не было никаких оснований… кроме воспоминаний о Пергаме или Элайе.

После секундной паузы, которая, казалось, длилась целую вечность, Торрихос отдал приказ начать атаку.

В тишине и спокойствии его каюты, где были слышны даже звуки прикосновения его пальцев к клавиатуре или пера к бумаге, те яростные атаки, которые всего несколько минут обрушились на планету зоров, казались далекими и нереальными. Конечно, об их последствиях можно было узнать только после высадки, но Сергею достаточно было закрыть глаза, чтобы представить, что творится там, внизу…

… Теплый весенний полдень. Над головой ясное небо, вокруг — цветущая растительность, чистый, прохладный воздух, легкий ветерок. Где-то неподалеку журчит ручей. И все это вдруг превращается в кромешный ад. С неба низвергаются потоки огня. Под действием воспламеняющих аэрозолей горит вся растительность. Земля сотрясается от взрывов, воздух наполнен едким дымом и гарью — горят дерево, пластик и даже плоть живых существ.

Как только Сергей закрывал глаза, перед ним возникали подобные видения. Он поспешно отгонял их прочь, и тогда почти зримые и слышимые образы страшных разрушений тускнели. Вместо них на дисплее компьютера он видел свой наполовину написанный доклад о проведенной акции.

Анализируя все это разумом, но не сердцем, он понимал, что не надо зацикливаться на страшных образах. Но чем сильнее рассудок противился этим образам, тем ярче продолжало их рисовать воображение. Иногда он представлял, что вместо поселения зоров на Л'альЧан бомбардировке подвергся Буэнос-Айрес или Сент-Луис, Лондон или Париж. Это очень напоминало Элайю, безжалостно разрушенную зорами в самом начале войны. На той планете непригодным для обитания живых существ оказался целый континент. Потребуется несколько столетий, чтобы лишь наполовину снизить радиоактивность всего того, что подверглось заражению.

Но и после таких аналогий мысль об атаке на Л'альЧан не становилась приятнее; они просто помогали понять, что же это было на самом деле.

— Войдите!

Дверь каюты слегка приоткрылась, и Сергей увидел своего помощника Чана и капитана «Севастополя» Тину Ли, переодевшуюся в обычную униформу. Сергей, поднявшись из-за стола, ответил на их приветствие, предложил капитану Ли сесть, а Чану жестом показал, что тот свободен. Заметив, что младшая по званию Ли испытывает явную неловкость, он тоже сел в кресло.

— Я полагаю, вы знаете, капитан, почему я попросил вас прибыть на борт «Ланкастера».

— Я догадываюсь, сэр.

— Я подумал, что нам не стоит что-либо обсуждать по каналу открытой связи. Кроме того, я должен был прежде всего переговорить с адмиралом, и, поскольку это первая крупная операция, которой я руковожу… Вы понимаете меня, капитан?

— Так точно, сэр.