Читаем Темное дитя полностью

– Простите. Так вот, Софья Александровна, мы могли бы с вами поговорить? Где-нибудь на нейтральной территории? Не бойтесь, я много времени не займу.

– Окей. Тёмкин, прости! Почитаешь пока немножко сама? Я быстро!

Она что-то пробурчала себе под нос и скрылась за дверью.

– Трудный ребенок?

– Обычный!

– Хо-хо! Даже так?

С каждой минутой собеседник нравился мне все меньше. Но у кого еще я могла надеяться выспросить хоть что-нибудь про папу Сашу? Этот Мендель-Хаим, он ведь общался с ним в последние годы. И он явно знал, кто такая Тёма.

* * *

– Знаете, я почему-то был уверен, что вы не приедете. Что, наоборот, будете пытаться продать квартиру из Москвы и неизбежно тогда выйдете на меня, ведь у меня ключи. Когда соседи звонили, решил, что это Аграт вернулась, несмотря на уговор. Вы знаете, кто такая Аграт?

Я кивнула.

– Надо же, как все интересно! И что, вас это совсем не волнует? Вы, значит, живете с этим существом, играете с ней в дочки-матери. Вы сказали, почти полгода?

– Это не существо, а моя сестра! И как вы смеете… Я с ней не играю, я…

– Конечно-конечно! Маленькая бесовка забралась к вам в душу. Это они умеют! Жаль, что я с самого начала не успел вмешаться. Был, понимаете, в отъезде. Швейцария, Калифорния, Сидней – помотался, короче, по свету. Деньги собирал для ешивы.

– Для этого еще надо куда-то ездить? – удивилась я. – Я думала, сегодня для этого достаточно компа под рукой.

– Если бы! Это ж только так говорится – собирать. Деньги же не грибы. Надо ездить, встречаться с людьми, убеждать, уговаривать, ждать, пока созреют. Впрочем, вам все это должно быть скучно и неинтересно. Поди ж ты! В голову не пришло, что у вас есть ключи. Думал, в любом случае вы сперва спишетесь с адвокатом, а уж он тогда свяжется со мной.

– Как видите, обошлось без вас. Так о чем вы хотели со мной поговорить? Только быстро, я очень спешу.

Мендель-Хаим выразительно помолчал.

– Видите ли, Софья Александровна, – произнес он, глядя не на меня, а куда-то в пространство. – Я, честно говоря, думал, что это у вас будут ко мне вопросы. Например, о последних днях вашего покойного батюшки. Или о том, как появилась на свет ваша так называемая сестра.

* * *

– Батюшка ваш был удивительный человек! Таких, как говорится, теперь не делают. Еще когда он в ешиву впервые пришел, все сразу увидели, что это будущий талмид-хахам (ученый, мудрец), а не хухры-мухры! Ах какой человек! Умный, тонкий, интеллигентный, при этом без гонору абсолютно! Не сразу и поймешь, что москвич. А какой в нем чувствовался ират шамаим (трепет перед небесами)! В жизни не забудет броху (благословение) сказать или там мезузу[3] поцеловать при входе и выходе. Не то что другие баалей тшува (неофиты)! А какой он был хазан (певчий), какой голос! Как, бывало, грянет «Адон Олам» – стены дрожат! Вообще, в нем, знаете, была такая харизма… А они ж чуют. Ни к кому не привязалась, только к нему.

Мы ему все твердили: негоже человеку быть одному. И рав с ним на эту тему сто раз говорил, и шидухи ему без конца предлагали. Я сам его с сестрой двоюродной знакомил. Мало ль, думаю, чем черт не шутит, вдруг двух хороших людей осчастливлю. Она у меня, между прочим, тоже не хухры-мухры. Образованная женщина, по профессии зубной врач. Вы знаете, что такое в Израиле зубной врач с ришайоном (с лицензией)?! Умница, симпатичная, хохотушка. Но не повезло с личной жизнью. Первый муж был гой, второй тоже попался пьяница и придурок. Детей нет. Возраст, конечно, уже за сорок, ну так и он не мальчик. Да ему и молодых сколько раз сватали, чуть за тридцатник. А, что говорить! Что в лоб, что по лбу. Ну а потом появилось это.

Привез он ее из Эйлата. Зачем, спрашивается, кошерному человеку в Эйлат ездить? На девок в купальниках любоваться? Ихса! (Мерзость!) Ладно, все это лирика.

Никому он, понятно, ее не показывал. Но Иерусалим-то не Москва. Город маленький, нигде здесь не спрячешься. Углядели их, доложили раву. Рав вызвал Сашу к себе. Ничего такого, просто поговорить. Понятно же, человек холостой, к тому же бааль тшува, нравственные устои не привиты, не он первый, не он последний. Но ведь лучше же, чем безобразия разводить, все-таки кошерно жениться. Даже если проблемы есть, всегда находятся способы.

Саша сперва вроде даже не понял, о чем речь. «Женщина? Какая?» Беса ведь не всякий видит, вы, наверное, сами уже заметили. Вот Саша и надеялся проскочить. Но только не у нас, не в нашей среде! У нас с этим без вариантов. Кто Тору учит, тот этих тварей не то что видит – носом чует.

Рав тоже, хоть и мудрец, не сразу сообразил, с чего такая реакция. Глупо ведь отрицать, раз все видели. По-хорошему попросил привести женщину к нему. Он, мол, с ней поговорить хочет.

– Что, в ешиву?! И Аграт пришла?