Читаем Тёмная зима полностью

Береговая линия Пенанга была низменной, но как только вы поворачивали вглубь острова, начинался подъём. Цель работала официантом в голландском ресторане на возвышенности в центре острова; я знала, что мы скоро подъедем к светофору, и он должен был повернуть направо. Но что-то было не так. Он не перестраивался в правую полосу, а вместо этого пробирался сквозь поток машин на перекрёстке, ожидая возможности свернуть вглубь острова.

Сюзи сидела у меня на плече. «Что он делает?» Я проигнорировал её и продолжил снимать; нам ничего не оставалось, как последовать за ней.

Движение остановилось и снова началось, прежде чем впереди замигал левый поворотник, и «Лайт Эйс» нырнул в мир ржавого гофрированного железа. Я притормозил на перекрёстке и поехал следом, как раз когда он снова повернул налево и скрылся из виду.

Мы ехали по узкой, шершавой бетонной дороге, окруженной хижинами. Я спустился на велосипеде в темноту, остановившись прямо перед поворотом. Над группой жестяных крыш висело мерцание статического света. Сьюзи спрыгнула, и я едва успел схватить её за руку, прежде чем она бросилась к нему. «Не здесь, ладно? Не здесь».

Ее шлем был снят, и она растворилась в темноте.

Я проехал мимо, повернулся к перекрёстку, скрывавшемуся в тени, и заглушил мотор. Внутри большинства хижин мерцал призрачный свет телевизоров, я слышал, как играют дети и лают собаки. Сильно пахло канализацией.

Вскоре на дороге, ведущей к перекрёстку, загорелись фары, и я услышал звук двигателя, направляющегося в мою сторону. Я не мог видеть, что происходит внутри Lite Ace, когда он свернул направо, к главной дороге; я включил зажигание, но не включил фары, когда он остановился на перекрёстке, а затем попытался выехать обратно и повернуть направо.

Сьюзи снова появилась, бежав со всех ног. Я подъехал к ней, пока она ждала, и надел шлем обратно. Запрыгнув на меня, она втянула воздух, держась за меня. «Он поднимал трубку – это два. Из всех чёртовых ночей». Я чувствовал её тёплое дыхание на своей шее, наблюдая, как машина исчезает. Я включил фары, и мы тронулись.

«Ты видел, кто это был?»

«Нет. И что теперь?»

Я пожал плечами. Я никогда толком не знал, что делать, пока сам не начал этим заниматься, когда начались эти лажи. Мы вышли на главную дорогу, и на этот раз я прибавил газу и присоединился к остальным комарам, петлявшим туда-сюда. Её рука сжала мою талию, а ноги крепко прижались к моим.

Она увидела стоп-сигнал одновременно со мной, правой рукой потянув меня за живот, а левой указав мне через плечо. Я преувеличенно кивнул, когда яркий свет неоновых фонарей и светофоров смешался в моём сильно поцарапанном визоре.

Lite Ace приближался к перекрёстку, в левом фильтре. Я обогнал другую машину и теперь отставал всего на одну машину, пытаясь лучше рассмотреть, что происходит внутри. Я поднял козырёк, и пот обдало потоком прохладного воздуха.

Неон осветил два тела на передних сиденьях. Пассажиром оказался мужчина из Малайзии, моложе объекта. Хорошая новость заключалась в том, что он также был в белой рубашке и, очевидно, был образцовым работником. Когда он повернул голову, чтобы поговорить с объектом, я увидел, что он уже надел галстук-бабочку.

Указатели поворота машины замигали, указывая на левый поворот, и они съехали с прибрежной дороги. Дорога вглубь острова была оживлённой, но не такой хаотичной, как та, с которой мы только что съехали, и я почти сразу почувствовал контуры местности, когда мы начали набирать высоту. Меньше чем через километр шлакоблочные хижины скрылись из виду, а вместе с ними и грохот бензогенераторов и лай их паршивых собак. Когда мы поднялись ещё выше, на обочине не было ничего, кроме растительности. Изредка за зеленью мерцали огоньки, намекая на жильё, но и они вскоре исчезли. Дорога сузилась; две машины могли бы легко разминуться.

Я позволил нам отступить, когда мы стали единственными машинами в поле зрения. Я предвидел, что вскоре нас ждёт крутой левый поворот, и, конечно же, его задние фонари вспыхнули в темноте, один из них моргнул, когда он резко затормозил, чтобы пройти поворот, а затем исчезли.

Голова Сьюзи просунулась мне через плечо, её 45-й калибр всё глубже вонзался мне в спину. «Мы придерживаемся плана?»

Мне ничего не оставалось, как кивнуть, когда она откинулась назад, устроившись за моей спиной. Работа должна была продолжаться. Я почувствовал, как правая рука Сьюзи залезла в сумку, а её ноги обхватили мои, чтобы удержаться. Она надевала резиновые перчатки.

Красные огни впереди меня то загорались, то гасли, пока цель следовала по поворотам в гору, но мне не нужно было быть прямо над ним ещё около километра. Я знал, куда он едет.

Я взглянул в зеркало заднего вида. Прибрежная равнина осталась далеко внизу. Дорога впереди шла через тропический лес, и свет наших фар блестел на густой зелени, возвышавшейся по обеим сторонам, все еще мокрой от дождя, пока я объезжал опавшие пальмовые листья и залитые водой выбоины.