Читаем Темная страсть полностью

— Сегодня, мотаясь по делам шефа, я как раз заехал в отель, в котором ты отдыхала. Я даже успел уехать, но вернулся — забыл папку с документами. Погода резко испортилась, к тому же начался пожар, я поспешил уехать. Из машины — увидел человека — лежащего на земле. Подошел. Даже не сразу тебя узнал. Ну а потом выбежали работники отеля. Они то мне и сказали, что ты их клиентка, хотели вызвать «Скорую», но я сказал, что отвезу тебя сам, — рассказал Павел и — увидев, как я корчусь от боли, завел автомобиль и тронулся с места.

Отлично, он ничего не видел. И мне лучше помалкивать и придерживаться его версии.

Скрипя зубами, я приняла сидячее положение.

— А что это за дорога? Я добиралась до отеля совсем другой, — поинтересовалась я у Павла — мы Кириллом ехали по асфальтированной и более широкой дороге, а эта больше похожа на лесную тропу. Кир — внутри все сжалось, многое бы отдала за новость, что он жив, и с ним все в порядке.

— Ты приехала по новой дороге, но она вся в дыму. Бармен из отеля показал мне старую, он сказал, по ней тоже можно добраться до города, — пояснил парень.

Павел повернулся ко мне и подмигнул.

— Вот так встреча, да, Юля.

Выдавила из себя улыбку и ничего не ответила.

— Юля, ты зря села, приляг. Может, уснешь, а когда доберемся до больницы, я тебя разбужу.

Я отрицательно помотала головой.

— Тогда расскажи, что произошло?

— Паша, а ты прав, лучше посплю, а то голова болит. Расскажу всё позже, — легла на сиденье, подмяв под голову маленькую подушку в виде собачки.

Пришлось всю дорогу притворяться спящей, не хочу ни с кем говорить, я вообще ничего не хочу. В голове крутится одна и та же мысль — жуткое существо скрывалось под личиной шикарного мужчины. Если раньше я думала, что нужна Беккеру для постельных утех, то теперь страшно представить, зачем он так настойчиво меня добивался — и какую участь приготовил. Нет, я не стану добычей чудовища. Сделаю так, что он меня никогда не достанет. Найду укромное место и спрячусь. Выкину из головы, и Беккера, и монстра. Так, стоп. Они одно целое — не надо их разделять.

Тряска прекратилась, и постепенно тишина за окном сменилась городскими звуками. Я села и только сейчас заметила, что моя маленькая сумочка, перекинутая через плечо, до сих пор со мной. Вывалила на сиденье всё, что в ней валялось. Негусто, из полезных вещей — паспорт, бумажник и мобильный телефон. Из не особо полезных — блеск для губ и несколько леденцов. Засунув в рот любимую барбариску, я пересчитала наличность — печаль. Даже на месяц не хватит. Разбитый экран телефона никак не хотел загораться, и проблема не в батарее — подзарядила я его недавно. Не пережил мой верный товарищ злоключений.

Паша, заметив мои попытки включить телефон, предложил свой. Я отказалась, объяснив, что некому особо за меня переживать, и звонить я не собиралась. Он повеселел, даже начал подпевать магнитоле. Зря, Паша, веселишься — при первой же возможности придется с тобой расстаться — со мной не безопасно. Я в полной уверенности, меня уже ищут, и хорошо бы знать — кто.

Мы проезжаем центральную площадь, этот район я хорошо знаю — часто здесь была. Как раз за серым зданием, по правой стороне, если мне не изменяет память, находится больница. Паша показал поворот и сворачивает совсем в другую сторону.

— Паша, ты не туда свернул, вон там есть травмпункт, — рукой показала, куда нам надо.

— Я знаю, но он как то не вызывает доверия. Я знаю другой, он чудь дальше, зато я в нем уже был, когда приятель руку сломал. Там классные специалисты и оборудование новое.

— Паша, травмпункт он и в Африке травмпункт, сворачивай, пока я тебе всю машину кровью не испачкала.

Парень недовольно фыркнул, но развернулся, и мы подъехали к нужному зданию.

В кабинете врача пришлось выдумать историю — как одна нерадивая туристка забралась в горы и упала. Врач выслушал меня и, по-моему, мнению, не поверив ни единому слову, приступил к делу. Пока мной занимались, Павел постоянно заглядывал в кабинет, доктору даже пришлось сделать ему замечание.

Хороший он, не встреть я Беккера, может у нас что и сложилось. Но сейчас меня ни один мужчина на всём свете не заинтересует, да и права у меня нет впутывать Павла в свои неприятности.

Вышла я от врача, как мумия — вся в бинтах, Пашка еле сдержал смешок.

— Доктор сказал за углом, есть аптека — сходи, пожалуйста, купи мне болеутоляющее, — протянула парню купюру, а самой в глаза ему стыдно смотреть.

— Может, вместе сходим или на машине доедем, — один не хочет идти, чувствует подвох.

— Паша, я не могу, доктор укол какой-то поставил и сказал, минут пятнадцать минимум движений, — сходу выдумала оправдание. — Я тебя здесь подожду.

Паша согласился и, не взяв денег со словами «я мигом», выскочил за дверь. Я смотрела в окно и, когда Павел ушёл достаточно далеко, выбежала из больницы.

Несколько улиц я всё оборачивалась, но потом успокоилась и шла уже спокойно. Уставшая и голодная села на лавочку. Во дворе играли дети, а их мамы, собравшись кучкой, обсуждали житейские проблемы.