Читаем Темная мишень полностью

Димка почувствовал легкую тошноту, а Наташке, вон, хоть бы хны – привыкла в госпитале и не к такому. Он только сейчас заметил, что майка и рубашка незнакомца валяются рядом с кушеткой – одним комком, рваные и окровавленные. Видимо, ему уже пытались оказать первую помощь, но то ли передумали, то ли что-то отвлекло. Или просто не оказалось нужного количества перевязочных материалов, и лекарь отправился за ними. Наташа торопливо распаковала сумку, достала бинты и средства для обработки ран, а Димка скинул рядом с тряпьем рюкзак, чтобы помочь девушке.

– Эй, а вы кто?

Димка резко оглянулся, машинально нащупывая рукоятку «Бизона».

Хотя гости старались вести себя тихо, дремавший на соседней кушетке парнишка привстал и теперь с сонным удивлением разглядывал их обоих. Правда, в отличие от гостя, хвататься за оружие не спешил. Совсем еще зеленый – лет четырнадцать-пятнадцать. Лопоухий, белобрысый, на верхней губе едва наметился пушок. Чумазый – лицо давно не видело мыла. И голос цыплячий – тонкий, высокий, режет слух, заставляя невольно морщиться. Димка чувствовал отчаянную усталость мальчишки, желание рухнуть опять на кушетку и забыться сном, но присутствие чужаков того тревожило и смущало.

– Тебя как звать? – спросил Димка, налаживая контакт и делая знак Наташе, чтобы продолжала заниматься раненым.

– Кирпич… Эй, вы не ответили, вы кто? Я вас на станции раньше не видел… – взгляд паренька упал на эмблему, нарисованную на боку медицинской сумки – белый крест на фоне коричневого круга. – А, так вы с Ганзы, что ли? За вами Учитель послал, да? А когда это вы успели добраться… О черт, а сколько я уже здесь дрыхну?

– Тише. Успокойся. Кто этот человек? – Димка кивнул на пациента, которому Наташа перебинтовывала шею.

– Да откуда я знаю? – вздохнул паренек, сразу погрустнев. – Мы его на поверхности нашли. В многоэтажке. Вичуха притащила, а мы отбили.

У Димки при этой новости прямо глаза на лоб полезли. Он ошеломленно переглянулся с Наташей, чувствуя, как резко подскочило сердцебиение. Просто невероятное, немыслимое стечение обстоятельств. Этот человек – не еще один носитель «быстрянки», а все тот же, тот самый незнакомец с Автозаводской!

– А потом Оспа погиб, наш старшой, – продолжал сонно и путано бормотать паренек, оказавшийся юным сталкером. – Хомут хотел чувака прикончить, чтобы не тащить. А я не дал, за него Оспа перед смертью просил. Он, гад, помогать мне не хотел, я уж думал, бросит меня с раненым и уйдет… Я ж один ни в жизнь не дотащу…

– Видимо, не бросил, – понятливо кивнула Наташа.

– Не-а, не бросил, – тоже закивал мальчишка.

– А сам-то что здесь делаешь? Ты вроде в порядке.

– Сторожу. – Парнишка перевел смурной взгляд на раненого. – Вот его и сторожу. Хомут на всю голову ненормальный, может передумать в любой момент… Он все приличные шмотки этого типа прикарманил, и куртку, и разгрузку с боеприпасами тоже, – с обидой добавил Кирпич. – Мне ничего не досталось, а я всю дорогу тащил… А потом Хомут за Бухалычем пошел, костоправом нашим, а я на всякий случай остался…

Димка присел на край кушетки, заставив пацана немного подвинуться. Прикоснулся рукой к его плечу и проникновенно заговорил:

– Успокойся, мы не причиним ему вреда, мы ему поможем. А ты пока отдохни, ты ведь очень хочешь спать, у тебя глаза слипаются. А как проснешься, с ним все будет в порядке.

– Да, конечно…

Мальчишка послушно положил голову обратно на автомат, прикрытый лишь вязаной шапочкой, сомкнул веки и ровно засопел.

– Готов. Чувствую, времени у нас немного, в любой момент этот самый Хомут лекаря притащит.

– Да, сейчас. Раны скверные, но кровотечение, вроде, остановилось. Я постараюсь обработать как смогу…

– Нет. Можем не успеть. Наташ… сможешь ему помочь по-своему?

– Не тот день, Дим, – девушка виновато улыбнулась. – Ты же знаешь, я пока это не контролирую. Приходит и уходит. Сегодня, когда ты был на поверхности, фазы и поменялись.

Хреново. Да, Димка это знал. Наташа ему рассказывала, что ей несколько раз удавалось спасать в госпитале людей, на которых врачи ставили крест. Буквально вытаскивала с того света. По ее словам, накатывало такое состояние спонтанно. Просто вдруг понимала, что может это сделать. И делала. Крайне некстати, что сейчас она не в той «фазе», но ничего не попишешь… «Сегодня, когда ты был на поверхности…» Что-то в этих словах зацепилось за сознание парня, но сейчас имелись более насущные дела, не до отвлеченных размышлений.

– Ладно, дегов у нас все равно нет, придется рискнуть так. – Димка резко встал с кушетки, шагнул к девушке и без малейших колебаний принялся закатывать рукав на правой руке. – Давай, бери у меня кровь. Тогда, на поверхности, Анюта спасла мне жизнь. Придется проверить на практике, сработает ли этот способ еще раз.

– Дим, я ему вообще-то противостолбнячную собиралась вколоть.

– Это подождет.

– Уверен? Как-то страшновато, если честно. Мы ведь никогда этого не делали. А вдруг ему… хуже станет?