Читаем Телохранитель полностью

Рей словно оцепенела, пытаясь что-либо придумать. В ее голове зароились мысли, но все они были совсем другого рода. Это были картины, воспоминания, мечты, но сейчас она пыталась их отбросить, потому что вскоре они станут призрачными и невыполнимыми.

Потирая подбородок, заговорил Марн:

— А если сделать следующим образом. Я буду ждать сверху, на лестнице. Рей скажет Брэбенту, что хочет с ним поговорить, или что-то в этом роде. Ну и поднимутся ко мне… А горменам мы скажем, что боролись из-за девушки. Возможно, это их немного озадачит, Во имя Земли мы должны попытаться запутать их возможно больше.

«Он рассуждает достаточно разумно, — думала Рей в отчаянии. — Как человек, планирующий скорее вечернюю партию в бридж, нежели предстоящее убийство — нет, казнь, именно так это называется, после того как они трезво и хладнокровно вынесли приговор. Все трезво взвешено, так что жертва не сможет закричать: «Это несправедливо! Вы хотите уничтожить человеческую жизнь».

Гибсен прервал ее размышления:

— Для горменов это будет, конечно, тяжелая потеря. Возможно, план Марна и удастся. Но давайте реально смотреть на вещи. Этих чужаков не так легко одурачить. Давайте обсудим все, если уж решили. Я не думаю, что они будут мстить; по-моему, это им и в голову не придет. Но Брэбент все еще остается единственным человеком, который наладил тесный контакт с горменами, и нам следует предвидеть, что они могут,

Из другой комнаты послышался голос Мери:

— Посмотрите! Они приближаются!

Шесть вооруженных горменов бесшумно скользили к дому. Доктор Брэбент был с ними.

Рей непроизвольно попятилась к стене.

Сегодня утром Брэбент имел изможденный вид и, чувствовалось, был на грани отчаяния. Сейчас он переступил эту грань. Его лицо приобрело серо-желтый оттенок. Руки болтались, как плети. Глаза — как у распятого Иисуса, но то, что он сказал, могло слететь только с уст Иуды. Голосом великомученика Брэбент произнес:

— Вы должны отказаться от своего плана. Извините, что гормены и я… мы знаем, что вы замышляете. Они пришли помешать вам.

Гормены согнали всех людей в одну комнату. Брэбент обратился к ним:

— Те, кому удалось припрятать оружие, должны сдать его немедленно.

Да, он знал, где искать. Гормены подошли к спящему ребенку и приподняли тонкий матрац. Под ним лежал нож де Джувенела.

— Рей, — приказал Брэбент, и два гормена подошли к ней.

— Я сама, — поспешно сказала она и начала шарить в своей одежде.

Брэбент взял ножницы и протянул одному из своих спутников. Потом огляделся по сторонам и таким же тоном произнес:

— Вот и все.

Он не смотрел на Рей, только пристально всматривался в лица остальных людей.

— С этого момента у вас больше не будет возможности ни убить меня, ни сбежать. Извините, — добавил он вежливо, — но так оно и есть. Мы улетаем отсюда.

— Что ты, черт возьми, хочешь этим сказать? — надтреснутым голосом спросил Гибсен.

— Через несколько дней мы улетаем. — Брэбент кивнул головой, как профессор студенту, который задал нужный для поддержания разговора вопрос. — Гормены ожидают большой корабль, который и заберет всех нас. Он уже на подлете. Они собираются взять нас с собой, хотя я пока не знаю, куда. Возможно, на Бес. А может, и дальше. Но я думаю, первой остановкой будет «Первопроходец II».

Он умолк. Воцарилась мертвая тишина. Потом доктор задумчиво добавил:

— Вот, что они собираются делать… Рей. — Девушка вздрогнула от неожиданности. — Может, выйдем на минутку?

Она инстинктивно посмотрела на Гибсена, как бы ожидая приказаний, но сразу же отвела глаза в сторону. Это было слишком. Замышлять убийство Брэбента — это одно, а спрашивать у другого мужчины разрешение на прогулку с ним — еще хуже.

Так как она не представляла, чего хочет от нее Брэбент, и не имела времени обдумать его предложение, то ответила:

— Ладно.

Рей, Брэбент и гормены вышли на улицу. Брэбент робко предложил:

— Давай прогуляемся.

— Прогуляемся?

Он кивнул, избегая ее взгляда. Им еще никогда не представлялся случай вот так ночью гулять.

— Под прикрытием этих?

Брэбент. покачал головой, и правда, гормены быстро удалились, даже не оглянувшись.

— А, понимаю, — с неожиданной жестокостью сказала Рей. — Ты предал своих товарищей, и за это они наградили тебя ошейником с длинным поводком. Думаю, стоящая награда.

— Рей.

Он произнес ее имя скорбящим, но не умоляющим тоном, и даже с ноткой протеста. Рей пожала плечами и медленно пошла вдоль улицы. Темень стояла кромешная. Даже не просматривались очертания домов впереди, лишь позади виднелся падающий из их дома свет.

Когда лицо Брэбента растаяло в темноте, она сказала:

— Хорошо, давай пройдемся. Что тебе нужно?

— Небольшую передышку, — не задумываясь, выпалил тот.

— Дурак!

— Нет, погоди! Я… — Однако возможность была упущена, если она вообще когда-либо существовала.

Рей была не в состоянии переносить подобную прогулку сейчас. «Нет, — терзала она душу, — так нечестно». Развернулась и побежала вдоль темной улицы. Неизвестно откуда появившийся гормен последовал за ней.