Читаем Тело Тесея полностью

– Ещё минут пять и я отправлюсь за ним, – уверенно сказал Степан.

– Я уже и правую руку не чувствую, – сказал Иван.

– Беда, – подытожил Али.

– Смотрите, бежит наш сладострастник! – радостно воскликнул Степан.

Борис бежал что есть силы к ребятам. Кажется, на его лице улыбка. Но Али не был уверен в том, что Боря доволен.

– Ребята, это отпад! – заявил Боря, подбежав к ребятам. Он явно был доволен.

– Что такое? – спросил Степан.

– Это кайф, отвечаю! – Боря продолжал воодушевлённо рассказывать. – Всё бесплатно, круто, и время так быстро пролетело! Хочу ещё.

– Ты серьёзно? – спросил Степан.

– Да, советую и вам. Тем более что вам бесплатно. А я уже заплачу за второй раз.

– Ты с ума сошёл? – спросил Иван.

– Вань, если ты хочешь, я сам тебя туда отнесу, – уверенно сказал Боря.

– Нет уж, мне не до того.

– Ну, как хочешь. А я думаю, что пока мы не уехали, нужно пробовать. Дома такой штуки нет.

– Ты уверен? – спросил Степан.

– Конечно! Там такая крутая лаборатория…то ли центр…ну, неважно. Она спрятана за этими кучами мусора, прямиком в земле.

– Что значит? – спросил Али.

– Ну, центр этот как в подвале. Садишься в лифт и опускаешься прямиком туда. А уж там – всё как в фантастических фильмах…я даже шаттлы новые видел…и девушек-роботов…

– Ух ты…– сказал Степан.

– Так что? – спросил Боря.

– Ну, давайте я схожу, ок? – спросил Степан. – Ты не против, Вань?

– Если хочешь, иди. Только на один раз, ладно?

– Ладно, ладно.

– Я останусь, – сказал Али.

Боря и Степан отправились в лабораторию удовольствий. Оба студента были в предвкушении новых чувств и эмоций, чуть ли не подпрыгивая на ходу. Боря думал о том, хватит ли ему денег на следующий сеанс. Степан смотрел на Борю и думал о том, что нужно ускорить шаг и быстрее добраться до таинственного развлекательного центра под землёй.

– Почему она под землёй? – спросил Иван, пытаясь отвлечься от своих проблем.

– Кто? – спросил недоумённо Али.

– Ну, лаборатория эта.

– Наверное, они арендуют землю. И здесь она дешевле.

– Да уж, – Иван вновь осмотрел местность, – кому в голову придёт идея построить развлекательный центр посреди свалки.

– В городах уже нет свободы мест, – заметил Али.

– Свободных.

– Что?

– Свободных мест.

– Да. Застроили всё своими домами.

– Капиталисты хреновы, – Иван хотел опереться правой рукой на пакет, но ничего не вышло. Он не чувствовал её.

Иван начал кричать.

– Вань, успокойся, прошу, – жалобно сказал Али, усевшись рядом с Иваном.

Иван начал плакать.

– Как же мне быть спокойным, когда я меня моё же тело не слушается! Конечности не работают!

Иван ещё рыдал несколько минут, а потом успокоился. Али рассматривал дорогу, которая исчезала на горизонте.

– Где-то там должна быть станция, – сказал Али.

– Да, – вздохнул Иван. – И, судя по всему, автобус будет здесь проезжать.

– Хочешь, дотащи тебя до станции? – предложил Али.

– Та куда уже…да ты и не дотащишь. Нет смысла.

Ребята сидели на горах мусора и рассматривали в небе космические корабли.

– Тоже мне, друзья, – сказал Иван. – Бросили за киберсекс.

– Не нужно было…

– Да знаю! – перебил Иван и лёг на мусор, уставившись взглядом в чистое небо.

Вот так студенты сидели около получаса. Иван даже успел задремать. Али сидел на пакете и думал о своей жизни. Он думал о том, что мог бы учиться на медика. Или на режиссёра. Или вообще стать дауншифтером. В мире столько бестолковых профессий, но он почему-то выбрал экономиста. В мире столько полезных профессий, но ни к одной из них Али не имел отношения. Он пришёл к мысли, что таким людям, как он и его товарищи, просто не суждено стать частью чего-то правильного, полезного, необходимого. Нет, он и его товарищи способны лишь стать частью системы, плыть вдоль реки, не задавая лишних вопросов.

– Что-то их долго нет, – проснулся Иван.

– Да.

– Может, сходишь?

– Туда?

– Да.

– Могу. А ты в порядке?

– Я не в порядке, но мы здесь торчим уже полтора часа. Я не могу понять, где автобус.

– Ладно, я пойду за ними.

Али отправился прямиком в лабораторию удовольствий. Иван остался один – он всё также лежал на пакетах мусора, рассматривая чистое небо.

Он думал о том, что когда-то в детстве хотел стать музыкантом. Он любил слушать Бетховена и воображать себя одним из участников оркестра. Он днями напролёт слушал симфонии, дирижировал у зеркала, сочинял истории к музыке о великих подвигах рыцарей и, собственно, самого себя. А потом Иван повзрослел. Он перестал слушать Бетховена и кривляться перед зеркалом. Родители отправили его в лучший университет, на самую дорогую специальность. Иван познакомился там с новыми людьми. Он никогда и ни в чём себе не отказывал. Ему говорили – живи сегодняшним днём и он жил. Ему говорили – будь собой и он был. Пока не попробовал очередные таблетки и не оказался здесь – на этой свалке. Один, совершенно один, никому не нужен, никем не вспоминаем.