Читаем Телепат полностью

— Меган сказала, что вы никогда не работали в телепатическом подразделении. Вы понимаете, что я должна…

— Я понимаю, что мне предстоит проверка, — кивнула Фран.

Я проникла в ее мысли. Разум Меган за прошедшие дни тренировок стал для меня знакомой территорией, а вот в голове Фран я уловила совсем другие… звуки, вкусы, текстуры. Привыкая к ним, я задержалась на самой поверхности, читая мысли, готовые сорваться с губ Фран.

«Я спокойная, услужливая и не против чтения мыслей. Я спокойная, услужливая и не против чтения мыслей. Я спокойная, услужливая и не против чтения мыслей».

Я удивилась: Фран снова и снова мысленно проговаривала одну и ту же фразу. Не знаю, пыталась ли она убедить в этом меня или саму себя, но затверженное предложение явно не соответствовало истине и подготовило меня к тому, что я прочла на следующем уровне.

«…должна это сделать, иначе лишусь шанса на карьерный рывок. Все подумают…»

Я переместилась на следующий уровень и столкнулась с отвращением:

«Противный назойливый носач!»

Я выбралась из ее разума. Фран была категорически против чтения ее мыслей. Я не знала, что с этим делать. Нужно выпроводить ее из комнаты и подумать.

Я выдавила улыбку:

— Спасибо, Фран. Вы очень мне помогли. Пожалуйста, позовите сюда Меган.

Фран с облегчением улыбнулась. Поверила, что ее глупый бубнеж скрыл потаенное отвращение, и она получила пост лидера группы связи. Я проводила ее взглядом, гадая, что же делать дальше.

Проще всего отказать Фран в месте, но я помнила времена, когда сама стояла во враждебно настроенной толпе, выкрикивая таблицу умножения, когда мимо проходил носач в серой маске. Как я могу винить Фран и отвергать ее за то, что она испытывает те же чувства, что и я не так давно?

— Ну что, как тебе Фран? — спросила вернувшаяся Меган. — Она держалась напряженно?

— Да, — по возможности спокойным тоном ответила я. — Полагаю, это естественно. Мне больше не придется читать ее мысли?

— Единственные члены команды, мысли которых ты обязана проверять регулярно — это ударная группа, но телепат имеет право читать мысли любого человека, когда захочет. Все кандидаты в телепатическое подразделение это понимают и принимают.

Сомнительно, что Фран так уж это принимает, но если чтение ее мыслей необязательно для моей работы, я не стану лезть ей в голову. Неуверенность резко сменилась мрачной решимостью. Надо доказать Фран, что я не такая, как всеми ненавидимые назойливые носачи, которых я так боялась в детстве. Я ей покажу, что читаю мысли только в случаях, когда это необходимо для блага улья, и она меня примет.

Я нуждалась в ее принятии. Узнав о своей природе, я не перестала где-то в подсознании ненавидеть носачей. Из глубины разума порой прорывался тонкий голосок, твердящий, что я гадкое и противное существо. Если меня примет Фран, возможно, и я сама смогу смириться со своей природой, а голосок наконец умолкнет. Тогда я смогу обрести счастье, вспомнить заученные в школе песенки об обязанностях жителей улья и радоваться тому, что живу на первом уровне и приношу пользу.

Я бросила взгляд на голограммы на стене:

— Пригласи, пожалуйста, Адику.

— Адика — кандидат на пост лидера ударной группы, — сказала Меган. — Когда семнадцать лет назад лотерея выявила телепата в Мире, та же лотерея назначила Адику членом ее ударной группы. Десять лет спустя он стал заместителем лидера ударной группы у Мортона.

Я не стала спрашивать, чем занимается ударная группа. Мне и так было известно, что их работа опасна, потому что я каждый день читала об этом в мыслях Меган. Ее муж Дин был членом ударной группы в подразделении Кита. Еще месяца не прошло с тех пор, как Дина ранили при исполнении, и он истек кровью. Как бы тщательно Меган ни старалась сосредоточиться на подготовке меня к работе, в глубине души она все равно тяжело переживала потерю.

На сознательном уровне Меган считала, что истинные телепаты невероятно важны для улья и их не следует упрекать или критиковать. Но на подсознательном — полагала, что Дин остался бы жив, не будь Кит таким ленивым и высокомерным эгоистом. Две сферы ее разума вели бесконечную войну.

Меган вышла, а через минуту вошел Адика. Голограмма его эбенового лица не подготовила меня к мощному телосложению. Адика словно занял собой полкомнаты. Его возраст не поддавался определению. Если он прошел лотерею семнадцать лет назад, значит, ему тридцать пять, и он на несколько лет старше Меган.

Он сел и расслабленно кивнул, что, видимо, было сигналом к действию. Я сосредоточилась, проникла в его разум, словно ограненный резцом скульптора, и осторожно принялась считывать поверхностные мысли.

«…физически идеальна, мы будем носить ее как пушинку, но насколько она хороша? Можешь ли ты прочитать мои мысли, Эмбер? Скажи, о чем я сейчас думаю? Я родился в Красной зоне. У меня двое братьев. В двадцать три я сломал правую руку».

Я удивленно рассмеялась. Адика вполне нормально воспринимал чтение мыслей. Я повторила факты, которые узнала, вслух:

— Вы родились в Красной зоне. У вас двое братьев. В двадцать три вы сломали правую руку.

Он одобрительно кивнул: