Читаем Текст полностью (СИ) полностью

Опустила их на землю и ушла в дом. От петушков несло жаром. Мы подозвали их - они подлетели, стали клевать зёрнышки, но их невозможно было взять в руки. Я схватил своего петушка сразу и обжёг руки, но не выпустил из рук, а прижал к груди, уговаривая его не жечь мне руки. Боль была страшная, но выпускать петушка я не собирался. Мои друзья оказались хитрее. Они сбегали к реке и намочили водой руки, и только потом взяли петушков. Сначала они посмеивались над моей глупостью, и мне было обидно, что я не додумался до этого. Мы позвали бабку, она недовольно позвала нас в дом, усадила всех на лавку, а мне места не хватило: я сел около печи. И вдруг все петушки, кроме моего, превратились в головёшки. Теперь все с завистью смотрели на меня: мой петушок, не обжигая, спокойно сидел на руках. Бабка стала ругаться, что мы погубили её петушков. Огонь в печи не разгорался, дрова дымили, обугливались. Наконец, мы все уснули, а утром проснулся только я.

Мальчик снова тяжело вздохнул:

- Мне кажется, что я не проснулся, а вижу сон, может быть, и бабка спит.

Волхвы переглянулись: бабка-огонь, действительно, ведёт себя странно. Они попросили избушку помыть окна, пол, снять с углов паутину. Мальчик, открыв от удивления рот, наблюдал, как чьи-то невидимые руки протёрли окна, смели паутину, пол очистился от пыли, печь побелела. От печки до порога встряхнулся и лёг на своё место половик. В избе стало светло и уютно. Теперь можно было внимательно рассмотреть хозяйку: она, действительно, спала с открытыми глазами, иногда даже всхрапывая. Время от времени бабка просыпалась и тут же засыпала. С печки спрыгнул огромный рыжий кот, сел возле хозяйки и стал умываться.

- А ты откуда взялся? - удивился мальчик. - Сколько здесь живём - ни разу не видели.

- Кис - кис, - позвал он кота.

Тот презрительно посмотрел на мальчика и потёрся о ноги бабки. Та вздрогнула - и проснулась. Она с удивлением огляделась вокруг, увидела гостей, оглядела себя и заохала, что встречает их в таком виде. Кот важно прошёлся среди гостей, потёрся о ноги детей и мяукнул. Бабка подскочила к мальчишкам, собрала головёшки и бросила их в печь. Дети тотчас проснулись, но молчали, боязливо поглядывая на хозяйку. А та суетилась, собирая на стол угощение. Отправила мальчика, сидящего у печки, доить козу, вытащила противень из печи и застыла, увидев вместо пирожков угольки, бросила противень в печь, села на скамеечку и заплакала. Кот залез к ней на руки, замурлыкал, успокаивая, провёл по одежде хвостом - та стала чистой, потом слез и направился к ларю в дальнем углу, требовательно посмотрел на свою хозяйку. Бабка открыла ларь, достала старенькую скатёрку и накрыла ею стол - на столе появились горячие пирожки, мёд, хлеб, лук, пареная в меду репа. Тут и мальчик принёс молоко. В первую очередь молоко налили коту, который важно уселся во главе стола. Хозяйка радушно пригласила к столу гостей. Волхвы сели за стол, а мальчики, стараясь не глядеть в сторону стола, сгрудились около двери.

- Почему они не садятся? - удивлённо спросила Волхвов хозяйка.

- Тебя боятся, - ответили гости.

- Садитесь, не бойтесь, вы же голодные, - пригласили мальчишек Волхвы.

Стесняясь, сдерживая свой голод, мальчишки робко сели за стол. Давно они не ели ничего горячего, только грибы и ягоды. Они ели и плакали. Просто слёзы бежали сами, справиться с ними не было сил.

- Спасибо, хозяйка, за угощение, - поблагодарили Волхвы, мальчишки шёпотом поблагодарили тоже, - ну а теперь поговорим: нам пришлось бросить свои дела и идти на помощь людям, расскажи, что с тобой приключилось или с хозяином дома.

Кот при этих словах прижал уши. Волхвы, обращаясь к хозяйке, очень строго при этом смотрели на кота.

- А кто хозяин дома? - спросили мальчишки. - Мы никого больше не видели.

- Посмотрите внимательно на кота, - посоветовали Волхвы, - это настоящий хозяин дома.

Мальчишки с интересом уставились на кота. Облик того стал меняться. И вот уже за столом вместо кота сидит дед, седой, дряхлый, но с яркими внимательными золотистыми глазами. И всё же неуловимо кошачье осталось в его облике.

- Нельзя нам показываться людям, - недовольно произнёс он.

- Вредить людям тоже нельзя, - ответили ему.