Читаем Течёт река… полностью

Шли по маршруту, отработанному старостой: по Оксфорд-стрит до Тотенхем-роуд, здесь поворачивали с Оксфорд-стрит налево, потом направо, пересекали улицу Блумсбери и оказывались около музея. Путь был долгим. Все, что попадалось на пути; было захватывающе интересным и привлекало внимание. Витрины магазинов, следовавшие одна за другой без всякого перерыва. Магазины одежды — «Эванс», «Литлвудс», витрины магазина «Маркс и Спенсер», «Эй энд Си» и множество других. Продажа сувениров на улице, палатки с игрушками, открытками, фруктами, сладостями, продавцы газет возле станция метро, выкрикивающие заголовки главных статей, сообщающих о сенсационных новостях, подробные сведения о которых публикуются в сегодняшних номерах, продавцы мороженого, воздушных шаров, плюшевых собак, спортивных трусов и маек, апельсинов и корзиночек со свежей клубникой, бананов и ананасов, сигарет и сигар, кружек и тарелок с изображением лондонских достопримечательностей, за стеклами витрин — манекены, облаченные в самые модные одежды, — девицы с удивительно длинными конечностями и тонкими талиями; молодые люди в спортивных и вечерних костюмах, в шляпах и кепи, в цилиндрах и без головных уборов; парфюмерные наборы и ювелирные изделия, часы и поводки для собак, браслеты и ошейники, перчатки и галстуки — конца всему этому не было, и все хотелось рассмотреть, просто невозможно было пройти мимо, не останавливаясь хоть на минутку перед выставленными товарами.

Свернув на Тотенхем-роуд, оказались перед витринами с радио— и телетоварами. Опять задержки, опять обсуждение увиденного, но поскольку был договор пока в магазины не заходить, мы этому договору следовали, подавляя искушение и борясь с соблазнами. И только на подходе к Британскому музею оказались на тихой улице, где не было снующих людей, заполняющих тротуары, устремляющихся в магазины и выходящих их магазинов с пакетами, наполненными приобретенными вещами. Здесь люди двигались неторопливо, степенно. Здесь были книжные лавки, небольшие отели, перед дверями которых стояли швейцары, маленькие кафе.

Перед входом в музей мы сели отдохнуть на стоящие между колоннами скамейки Отдышались после шумной и людной торговой Оксфорд-стрит и только тогда вступили в прохладный и просторный вестибюль Британского музея. Расположение его залов обозначено на плане. Все, разумеется, осмотреть невозможно. Можно только пройти через основные залы — египетский, греческий и римский, китайский, японский… Зал с рукописями, папирусами, свитками, рукописными книгами, страницы которых украшены тончайшими миниатюрами. Силы покидают нас. Хотелось бы проникнуть в читальный зал Британского музея, но пока он для нас недоступен: нужно оформить пропуск. Все это ещё впереди…

Совершенно измученные обилием экспозиций, величием скульптур далёких эпох, собранных из разных концов света богатств, памятников культуры, мы буквально выползаем к выходу и вновь набираемся сил, выпив по чашке кофе с порцией яблочного пирога, политого какой-то бело-сладкой массой. Обратно идем уже другой дорогой — черев Рассел-сквер, мимо Лондонского университета, по Шефтсбери-авеню к Пикадилли и Риджент-парку, а потом по каким-то другим улицам, ведущим к Гайд-парку. К пяти часам доползаем до «Тьюлипса» и бросаемся отдыхать. Но времени мало: вечером едем на автобусе по Лондону, по набережным Темзы.