Читаем Течёт моя Волга… полностью

— Безусловно. Исландцы как нация образовались из норвежцев, шотландцев, ирландцев и других «околоостровных» народностей. Если говорить об условиях жизни народа, то они значительно ухудшились после введения датской торговой монополии, и в поисках лучшей доли множество семей фермеров и поморов-промысловиков вынуждены были эмигрировать в Северную Америку. В стране началась борьба за национальную независимость, и вы можете увидеть историческое место, где эта независимость была провозглашена.

Я воспользовалась советом и в один из относительно свободных дней отправилась в долину Тинга, что в ста километрах от столицы. В эпоху народовластия сюда в середине лета со всех концов страны съезжались на две недели исландцы, чтобы принимать законы, участвовать в решении тяжб, обмениваться новостями, обсуждать события, слушать саги и стихи.

Долина Тинга расположена на берегу озера, окруженного горами, и прорезана каньонами, где течет прозрачная родниковая вода. Рядом — водопад, черные скалы, а внизу — заросли золотого кустарника на фоне зеленого мха. Очевидно, ни один приезжавший сюда иностранец не мог не взобраться на «Скалу закона» — возвышение из камня, служившее в древности трибуной. Когда стоишь на ней, то взору открывается красивейшая панорама: озеро и река Эзсару, окаймленные целым семейством гор. Долина Тинга — самое дорогое для каждого исландца место. Это символ древней национальной культуры, символ свободы страны. Отсюда «берет свое начало» альтинг — общенародное собрание, сейчас — парламент.

— Альтинг был основан в десятом веке, — рассказала президент страны, госпожа Вигдис Финнбогадоттир, когда я посетила исландский парламент — двухэтажное белое здание с барельефами духов под серо-зеленой крышей, выходящее фасадом на центральную площадь Рейкьяви-Эйстурветлюр. В 1800 году альтинг был распущен и только сорок три года спустя восстановлен. Сейчас парламент состоит из двух палат. Две трети депутатов в нижней палате, одна треть — в верхней. Всего в парламенте 60 депутатов.

Не осталась без внимания во время беседы с президентом и тема деловых связей с нашей страной. Оказалось, Исландия поставляет нам, помимо рыбопродуктов, шерстяные и швейные изделия, обувь и прочие промышленные товары.

Узнав, что я намерена посетить тепличные хозяйства Исландии, президент посоветовала отправиться в Хверагерди, небольшой поселок в сорока километрах от Рейкьявика, известный далеко за пределами острова. Чем дальше продвигался небольшой новенький автобус в глубь страны, тем скучнее становился пейзаж — каменистые взгорья, долины, песчаные и лавовые поля, напоминающие поверхность Луны. Не случайно амерржанские космонавты, перед тем как лететь на Луну, проводили здесь, в центре Исландии, тренировки.

— В Исландии мало пригодных для обработки земель, — рассказывал сопровождавший представитель посольства. — Сельскохозяйственные угодья заняты почти сплошь под луга и пастбища. Восемьсот тысяч овец составляют национальную гордость страны: исландская шерсть пользуется на мировом рынке большим спросом — она крепка, тепла и неприхотлива к капризам погоды. Избыток природной горячей воды способствовал развитию тепличных угодий, круглый год можно потреблять помидоры, огурцы… По сути, Хверагерди и вырос на кипятке.

В оранжерее взору предстала удивительная, поистине тропическая картина: золотились лимоны, в пышной зелени пальм свисали связки спелых бананов. То тут, то там шныряли по деревьям обезьяны. А какое обилие всевозможных цветов! И это среди скал, ледников и вулканов при суровом северном климате, когда дожди и пронзительные ветры властно хозяйничают большую часть года и до Полярного круга рукой подать. Поистине человек всесилен!..

По приглашению местных властей я посетила несколько средних школ в Рейкьявике. Здания просторные, светлые, оборудованы всем необходимым, в том числе мастерскими, в которых учащиеся получают определенные навыки (мальчики — в технике, девочки — в кулинарии и вышивании). Имеются специальные кухни, где юные школьницы сами варят различные блюда, получая соответствующие оценки. Присутствовала я pi на уроках хорового пения — обязательном предмете школы. Свободно, стройно, полнозвучно и интонационно точно хор в моем присутствии спел несколько произведений Моцарта и народных песен. Меня порадовал самый стиль исполнения — живой, увлеченный. Слушала и думала: как умело зажгли в юных хористах подлинный творческий энтузиазм, неравнодушное отношение к содержанию самих произведений.

Большое впечатление на меня произвели исландские народные песни очень давнего происхождения. В исландском фольклоре сохранились почти в неприкосновенности многие черты древней кельтской культуры. Отсюда часто встречающиеся архаичные лады, нечеткие тактовые построения и свободная, нерегулярная метрика. Содержание подавляющего большинства народных песен связано с образами природы, с жизнью моряков и поморов. Многие песни носят печальный характер. Иногда встречаются очень красивые и выразительные мелодии, полные глубокого чувства и настроения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Афганистан. Честь имею!
Афганистан. Честь имею!

Новая книга доктора технических и кандидата военных наук полковника С.В.Баленко посвящена судьбам легендарных воинов — героев спецназа ГРУ.Одной из важных вех в истории спецназа ГРУ стала Афганская война, которая унесла жизни многих тысяч советских солдат. Отряды спецназовцев самоотверженно действовали в тылу врага, осуществляли разведку, в случае необходимости уничтожали командные пункты, ракетные установки, нарушали связь и энергоснабжение, разрушали транспортные коммуникации противника — выполняли самые сложные и опасные задания советского командования. Вначале это были отдельные отряды, а ближе к концу войны их объединили в две бригады, которые для конспирации назывались отдельными мотострелковыми батальонами.В этой книге рассказано о героях‑спецназовцах, которым не суждено было живыми вернуться на Родину. Но на ее страницах они предстают перед нами как живые. Мы можем всмотреться в их лица, прочесть письма, которые они писали родным, узнать о беспримерных подвигах, которые они совершили во имя своего воинского долга перед Родиной…

Сергей Викторович Баленко

Биографии и Мемуары