Экранная Линдси упала на капот машины. Сэм подобрал полотенце, завернул в него нож и положил обратно в карман. Он осмотрел аллею, проверил, не оставил ли каких-нибудь улик, не прятался ли в тени какой-нибудь бродяга. Потом вернулся на Линкольн-авеню, нашел свою машину и поехал на восток в направлении Лейк-Шор-Драйв, мимо розового здания, домой. Дома он тихонько прикрыл за собой дверь, вымыл нож в раковине на кухне и на цыпочках прошел в спальню. Женщина в его виртуальной постели по-прежнему спала, как и арт-директор в настоящей. Настоящий Сэм Койн из квартиры в ту ночь не выходил.

56

Красный огонек — сигнал полученного сообщения — уже час мигал на мониторе его компьютера, когда Джастин наконец проснулся. Ему снился удивительно реалистичный кошмар: будто за ним по школьным коридорам бегает пума. Он скатился с кровати на пол и решил было, что стянет одеяло и будет спать дальше на мягком голубом ковре, но вскоре понял, что не сможет заснуть. Он приподнялся, посмотрел на настольные часы. Четыре тридцать.

Он дополз до стола на четвереньках, встал и устроился за компьютером. Монитор мигнул и тут же проснулся. Как он и предполагал, ему пришло срочное сообщение из «Теневого мира».

В «Теневом мире» были свои средства массовой информации, в которых публиковались все новости. Большинство игроков получали сообщения по интересующим их темам на электронную почту. Одни — информацию о том, что в их город приезжает на гастроли любимая ими группа, другие о том, что работа их любимого художника-импрессиониста выставлена на аукцион. Джастина интересовали только определенные новости. Если в четыре тридцать утра на его мониторе мигал красный огонек, это означало: в «Теневом мире» совершено убийство.

Проводя очередную параллель с «Теневым миром», исследователи обратили внимание, что в игре убийства происходили примерно с той же частотой, что в соответствующем городе. В «теневом» Чикаго каждый день совершались убийства, причем распространенным развлечением было, если можно так выразиться, убийство ради адреналина. Однако ученые, социологи и психологи, не могли понять, почему количество виртуальных убийств, совершаемых, по всеобщему мнению, по совершенно иным мотивам, почти всегда совпадало с реальным уровнем.

Джастин просил извещать его обо всех убийствах, кроме случаев, когда преступника задерживают на месте или преступление совершено на бытовой почве. Таким образом отсеивалось три четверти от их числа. Тем не менее, не реже раза в неделю Джастин получал страшные известия.

Он бегло просмотрел сообщение. Случай показался ему интересным. Он надел гарнитуру, вошел в игру и, как только его двойник материализовался в копии его спальни, приступил к работе. Персонаж Джастина оделся, вылез из окна и спрыгнул на газон. Взяв из гаража мопед, он направился к нортвудской станции метро. Справочная панель показывала, что у него в кармане 40 долларов, блокнот, ручка, фотоаппарат и проездной билет. Он сел в первый же поезд до центра Чикаго.

В этот час мало кто из игроков ехал в поезде. Усталая женщина в форме медсестры прислонилась щекой к стеклу и задремала. Мужчина в деловом костюме — наверное, один из «реалистов», которому надо было успеть в город на службу, — читал «Сан Таймс». На первом сиденье у двери расположился человек, по одежде которого было трудно определить, кто он такой; Джастин сел через проход от него, наискосок.

Поезд с грохотом проносился мимо темных домов и пустынных улиц, и красные огни светофоров на перекрестках подсказывали, когда поезд пересекал какую-нибудь из главных магистралей. Считая эти огни, Джастин без труда обходился без еле слышных объявлений по радио и сам определял, где находится. Через три остановки мужчина пересел с первого кресла на место напротив Джастина. Джастин поздоровался. На мужчине был желтый свитер, из-под воротника которого виднелся ворот рубашки, на носу — очки. Он наклонился вперед и что-то произнес, но в наушниках Джастина раздались лишь длинные гудки, и над головой у мужчины появилось окошко с надписью «Запрещено цензурой». Что бы он ни сказал, специальные устройства мгновенно блокировали его слова. Мужчина встал и быстро вышел из вагона, опасаясь, видимо, что Джастин сдаст его кондуктору.

Двойник Джастина сошел на остановке «Северозападный район», пересел на другой поезд и добрался до «Лейквью». В новостях говорилось, что убийство совершено в Норт-Линкольне, квартал 2400, и он побежал туда, спровоцировав появление еще одного предупредительного окна: программа сообщала, что его экранный дублер еще не завтракал.

На тротуаре стояли трое полицейских и ели пончики с кремом, таская их из одного пакета. Почти все полицейские «Теневого мира» только мечтали стать ими в реальной жизни, поэтому их речь и действия были заимствованы исключительно из сериалов. Они поглощали кучу пончиков и вели беседы про то, как «сцапали очередного клиента». Джастина они раздражали.

— Парень, не на что тут смотреть, — окликнул один из полицейских Джастина, попытавшегося поднырнуть под желтую ленту. — Ступай, куда шел.