Читаем Театр масок полностью

Кори легла на спину и прикрыла рукой глаза от солнца. Ей представилось, что статуя сходит с пьедестала и направляется к ней, и она ощутила смутное беспокойство и неудовлетворенность, как тогда, под ливанским кедром. Рука ее соскользнула с парапета в холодную воду, в темной глубине которой плавала золотая рыбка. Вот бы поймать свою удачу за хвост, подумала Кори и улыбнулась собственной наивности.

Подозрительный шорох в кустах на другом берегу заставил ее открыть глаза. Она увидела в тридцати шагах от себя женщину, сидящую на земле с широко раздвинутыми ногами, одетую в старинное платье с пышной юбкой, отделанной кружевами, в прозрачные шелковые чулки, которые морщились на коленях, и атласные розовые тапочки. Глядя прямо на Кори, дама еще шире раздвинула ноги, и между ее белыми бедрами обозначились темные волосы. Кори показалось, что воздух вокруг сгустился и воцарился штиль, а в воде отразилась промежность странной особы, предпочитающей прогуливаться по вечерам в укромных уголках парка без панталон.

Кори затаила дыхание и, поморгав, постаралась получше рассмотреть незнакомку. Начав осмотр с разглядывания забавной нижней юбочки и оборок на платье, она скользнула взглядом по рукавам в форме фонариков и глубокому декольте и стала с интересом наблюдать за ее шаловливыми руками с толстыми пальцами. Одна из них потянулась к волосистой промежности и, погрузившись в темную расселину, начала производить там выразительные манипуляции.

Кори вздрогнула, сообразив, что женщина тоже ее видит, и, густо покраснев, вгляделась в ее лицо, обрамленное волнистыми локонами. Большая же часть волос была завита и уложена на старинный манер, нахмуренные брови придавали лицу хищное выражение. Заметив, что Кори ее разглядывает, она улыбнулась.

Улыбка показалась ей до боли знакомой, Кори нахмурилась, пытаясь вспомнить, где она видела это лицо.

Женщина подняла ногу, согнув ее в коленке, и взору Кори открылась ее белое молочное бедро. Улыбнувшись еще шире, незнакомка протянула другую руку к фаллосу статуи и крепко сжала его. Кори невольно охнула.

Продолжая насмешливо смотреть ей в глаза, странная особа приподнялась и облизнула мраморный пенис.

Кори ахнула и просунула руку в свои шелковые трусики. Оказалось, что они насквозь промокли.

С той же блудливой улыбкой на лице дама на противоположном берегу пруда задрала пышные кружевные юбки, обхватила изваяние за плечи и, подтянувшись, уселась своим срамным местом на каменный пенис.

У Кори перехватило дух. Потрясенная непринужденностью поведения незнакомки в старинном наряде, она принялась теребить пальцами влажное преддверие лона.

Между тем странная дама вместила в себя мраморный фаллос целиком и принялась бодро прыгать на нем, явно не испытывая неудобств из-за его громадных размеров. Именно это более всего и поразило Кори, она живо представила себя на месте незнакомки и стала еще быстрее тереть пальцами низ живота, ощущая жар во всем теле.

Незнакомка продолжала совокупляться со статуей, медленно розовея от удовольствия. Громадный каменный пенис свободно входил в ее удивительно вместительную расселину, белые бедра двигались все быстрее и быстрее...

Кори громко охнула и кончила. Едва лишь она убрала из промежности руку и одернула подол юбки, как из кустов раздался мужской голос:

– Принимаете солнечные ванны?

Кори вздрогнула и, тряхнув головой, изумленно уставилась на противоположный берег поросшего кувшинками пруда, пытаясь понять, не приснилась ли ей эта поразительная эротическая сценка. Греческая статуя вновь подернулась мхом, хотя только что была совершенно чистой и белой, а дама в старомодном кружевном платье, предававшаяся фривольному развлечению, словно испарилась...

Кори порывисто приняла сидячее положение и воскликнула:

– Я вспомнила, где видела это улыбающееся лицо! Это же Эмилия Кенвуд! Точно такой ее запечатлел кинооператор в начале века!

Она зажмурилась и потерла глаза, а когда вновь их открыла, то увидела стоящего на краю поляны Джеймса Астурио.

– Это вы, Джеймс? – грудным голосом спросила она.

Он вышел из тени и присел на корточки рядом с парапетом.

– Я вас побеспокоил? Вы так сладко спали, Элалья! Полагаете, что загар пойдет вашей нежной коже на пользу? Сомневаюсь.

– Но я не спала!

– Нет, спали и улыбались во сне, как сытая и довольная кошка. На вас было приятно смотреть!

Смущенная его словами, Кори покраснела и стиснула колени, все еще дрожащие после только что испытанного оргазма. Она стряхнула с ладоней мелкие камешки, прилипшие к ним, и устремила взгляд на затянутый ряской пруд. Был ли этот улыбчивый голубоглазый блондин ее повелителем, доведшим ее до бессознательного состояния в подвале особняка, она точно не знала. Но именно эта таинственность и придавала пикантность сложившейся ситуации.