Читаем Тарен-Странник полностью

– Не обращай внимания на Оргох, – махнула рукой Ордду. – Она сейчас не в духе, бедная наша обжорушка. Сегодня была очередь Орвен стать Оргох, а Оргох очень уж хотела поскорей стать Орвен. Теперь она страшно огорчена, потому что Орвен в последний момент передумала и отказалась. Впрочем, – Ордду перешла на доверительный шепот, – я ее не виню. Я тоже не люблю быть Оргох. Но мы как-нибудь это уладим.

Ордду улыбнулась, и морщины весело заиграли на ее бугристом лице.

– А ты, – продолжала она, – ты самый смелый из малых гусят. Немногие в Придайне отваживаются по собственной воле наведаться в Болота Морвы. Из этих немногих ни один еще не возвращался сюда. Возможно, Оргох их пугает. Ты единственный отважился на такое, мой цыпленок.

– Ах, Ордду, он смельчак и герой, – вставила Орвен, глядя на Тарена с девичьим обожанием.

– Не говори чепухи, Орвен, – оборвала ее Ордду. – Есть герои и герои. Я не отрицаю, что иногда он ведет себя довольно смело. Он, помню, дрался рядом с принцем Гвидионом и был тогда горд собой и пыжился, как цыпленок в орлиных перьях. Но это лишь один род мужества. Случалось ли храброй малиновке самой добывать себе червяков? Второе, дорогая Орвен, дает нам пример более великого мужества. – Колдунья обернулась к Тарену. – Ну, говори, мой птенчик, зачем ты к нам снова пришел?

– Не говори, не говори! – вскричала Орвен. – Дай нам самим догадаться! О, я люблю такие игры, хотя Оргох всегда их портит. – Она хихикнула. – Ты даешь нам тысячу и три попытки, и чур я отвечаю первая!

– Будь по-твоему, Орвен, если тебе так хочется, – снисходительно согласилась Ордду. – Но хватит ли нам тысячи и трех попыток? Молодой барашек не так прост.

– Вы знаете все о том, что есть, – сказал Тарен, стараясь прямо глядеть в глаза колдунье. – И вы умеете угадывать то, что должно быть. Я думаю, вам известно не только начало моих поисков, но и конец их. Да, я хочу узнать о своем происхождении.

– Происхождении? – воскликнула Ордду. – Ничего нет проще! Выбирай родителей любых, каких только пожелаешь. Поскольку ни ты их, ни они тебя не знают, какая разница, кто кого выберет? Верь в то, что тебе нравится. И ты удивишься, как все просто, ясно и удобно!

– Я не желаю ни простого, ни удобного, – ответил Тарен, – а прошу только правды, будь она неприятная или радостная.

– О, моя сладкая малиновка! – заворковала Ордду. – Нет ничего труднее, чем отыскать правду. Некоторые тратят на это целую жизнь, и многие из них попадали в гораздо худшие переделки, чем ты.

Она радостно улыбнулась и почти пропела:

– Некоторое время назад был тут один лягух. Я хорошо помню этого бедолагу. Он так и не мог вспомнить, кем был сначала: то ли сухопутным попрыгунчиком, то ли подводным поплавунчиком. То ли любил нырять в прохладной водичке, то ли греться на бревнах в лучах солнышка. Мы превратили лягушку в аиста, любящего лягушек. С тех пор у него не было никаких сомнений. А лягушки просто не успевали усомниться. Вот счастливая судьба! Мы с радостью сделаем то же самое для тебя.

– Для вас обоих, – прокаркала Оргох.

– Нет! – завопил Гурги, прячась за спину Тарена. – О, добрый хозяин, Гурги не хочет быть ни прыгой, ни дрыгой!

– А помнишь змею, – подхватила Орвен, – которая не знала, зеленая она с бурыми пятнами или бурая в зеленых пятнышках? Мы сделали ее невидимой с зелеными и бурыми пятнами, чтобы все ее видели и не наступали. Как ей стало хорошо! Она была так нам благодарна!

– А я вспоминаю, – хрипло откашливаясь, просипела Оргох, – был…

– Успокойся, Оргох, – перебила Орвен, – у твоих историй такой… такой неприятный привкус.

– Ты видишь, мой петушок, – сказала Ордду. – У нас есть множество способов сделать тебя счастивым. И все они быстрее и проще, чем любой, который ты смог бы выдумать. Кем ты хочешь быть? Если тебе интересно мое мнение, то я предлагаю стать ежом. Совершенно безопасная жизнь. Но я не навязываю тебе свой выбор. Все зависит от твоего желания.

– Нет, нет! – радостно воскликнула Орвен. – Не будем их затруднять! Мы решим сами и избавим бедняжек от утомительного выбора. Они только спасибо нам скажут! Как очаровательно будет увидеть их благодарные мордочки, или клювики, или… или что там в конце концов у них появится!

– Только не птицы! – запротестовала Оргох. – Птицы ни в коем случае. Терпеть их не могу. Ощипываешь, ощипываешь…

Гурги от страха только беззвучно открывал рот. Тарен чувствовал, как кровь у него стынет в жилах. Ордду сделала к нему шаг, и Тарен схватился за меч.

– Ну, ну, мой цыпленок, – пропела Ордду, – только не выходи из себя. Кто знает, сможешь ли вернуться обратно? Хи-хи! Ты прекрасно знаешь, что твой меч бесполезен здесь, к тому же размахивание мечом еще никого не настраивало на нужный лад. Ты ведь сам решил предать себя в наши руки.

– В наши руки, – эхом откликнулась Оргох. Под капюшоном красным огнем загорелись маленькие глазки и плотоядно раскрылся рот.

Тарен выпрямился.

– Ордду, – проговорил он, стараясь, чтобы голос его звучал твердо. – Ты ответишь на мой вопрос? Если нет, то мы уходим.