Читаем Танцовщица Тай полностью

На вопросы старосты девочка отвечала охотно, но совершенно при этом бестолково. С большим трудом удалось выяснить, что неделю назад она пошла в лес нарезать веников, мама дала ей нож и велела его беречь. В процессе поисков подходящей молодой поросли девочке повстречалась ягодная поляна, где драгоценный нож благополучно затерялся. Немедленно отправляться за наказанием ребенок не захотел, он решил сначала погулять, в результате чего и заблудился. На этот рассказ у девочки ушел добрый час- то ли-неделя блужданий так отразилась на ее умственных способностях, то ли еще что, а скорее всего, девочка от рождения была дурочкой, о чем свидетельствовали рахитичные ножки и лицо, характерное для отпрысков алкоголиков и нищих.

Что она ела в лесу?-Картошечку. Мама с собой дала?-Нет, тут растет в земле, такая маленькая. Нет, не картошка. Картошечка. Маленькая. В земле растет...

Дело было, в сущности, яснее ясного. В радиусе тридцати километров от прииска располагалось четыре поселка. Прошлым летом на шум комбайна из леса вышел заплутавший мальчик, иногда в окрестностях прииска бродила сбежавшая скотина. Староста прокрутил в голове все эти соображения и задумался над тем, кому поручить седлать старого мерина и везти ребенка домой. А можно и самому прокатиться.

- Как тебя звать-то?

- Санька. А тебя?

- Тебе я, пожалуй, дед... Вот что, Санька, обед сейчас, порубай с нами, а потом я тебя к мамке свезу. Идет?

Девочка надулась и промолчала.

- Ты что? Не то дед сказал?

Из широко расставленных раскосых глаз побежали слезы.

- Мать за ножик убьет,- невнятно проскулила Санька.

- Господи, бедные у них там дети,- возмущенно заметила повариха.-Не плачь, детка, я тебе дам хороший ножик, мама не будет ругать... Пойдем-ка, умоемся. Мужики, помогите кто на кухне, последите, чтоб не пригорело.

Через полчаса артель собралась на обед. За это время повариха успела умыть, причесать и утешить бедного ребенка отличным новеньким ножом. До неузнаваемости преображенная Санька поглотила неимоверное количество еды, после чего уснула за столом. Движимая материнским инстинктом, повариха запретила старосте немедленно везти заморенное дитя к изуверам родителям. Разомлевший от сытного обеда староста особо не настаивал и согласился оставить девочку до утра. От прикосновения Санька встрепенулась, отпихнула руки старосты и самостоятельно добрела до домика Генерала-Половника, где спокойно проспала до рассвета.

Наутро следующего дня повариха, как обычно, проснулась раньше всех. Она с умилением посмотрела на сопящий клубок одеял, а потом, с ненавистью, в окно, залитое холодным дождем. Хотелось спать, однако свалить приготовление пищи было не на кого. Повариха с тяжелым вздохом оделась и выскочила из дома, намереваясь побыстрей преодолеть расстояние до конторы. Что она и сделала, обнаружив попутно присутствие на территории прииска очередного постороннего. На крыльце конторы топтался незнакомый мокрый парень с тощим рюкзаком и внушительной двустволкой за плечами. При виде Генерала-Половника хмурое лицо пришельца оживилось. Парень бросил в лужу остаток самокрутки и тщательно вытер руки о штаны.

- Здрасьте!-громко поздоровался он.

- Здравствуй... Ты это к кому?-подозрительно осведомилась повариха, хотя уже предположила наличие связи между вчерашним и сегодняшним визитами.

- Девчонка к вам не забредала?-ответил вопросом парень.

- А ты кто ей будешь?

- Так она у вас!-обрадовался незнакомец.-Слава те... Сеструха моя. Дурочка она малость, неделю тому ушла, да, наверное, заблудилась. Она, бывает, дня по три в лесу торчит, а тут неделя уж, мать меня к вам, Майку по выселкам погнала...

- Что ж вы так девчонку замордовали, что она из дому в лес бежит?-укоризненно покачала головой повариха.-Ладно, не мое это дело... Жди тут, я за старостой схожу.

Старосте парень повторил свою историю.

- Ну и отдала бы ему сестру, чего было будить,- буркнул староста в адрес поварихи.

Та собралась разразиться гневной речью, но тут случилось долгожданное. Далеко опережая свое появление шумом, к поселку шли грузовики конвоя. Староста и повариха мгновенно помирились и бросились поднимать народ. Парень вновь остался неприкаянно топтаться на крыльце, но ненадолго. Вскоре повариха к нему вернулась.

- Слышь, парень! Иди в тот дом, буди свою Саньку и забирай. Смотри, сопрешь чего-я твою рожу запомнила, не обрадуешься!

Грузовики уже вползали на улицу, и повариха галопом понеслась в кухню готовить чай.