Читаем Танцовщица Тай полностью

- Хрен с ним, пусть чешет... Лали, значит. То-то я, блядь, гляжу-пропали, на хуй, бабки, а как, когда-не заметил. Это, думаю, что ж, на хуй, такое? У меня-спиздить? Да еще, блядь, незаметно? Ебана в рот, чурки сраные, развелось гнид ебучих...

- Ну, че, отец, сразу их стукнем, или как?-деловито поинтересовался кто-то.

- Не-ет, блядь, какой, в пизду, сразу? Эта сука меня, ты понимаешь, нет?-меня! Обула!

- Ну и как ботиночки, не жмут?-весело осведомилась Нэль.

Они с Танцовщицей стояли спиной к стене, и только Тай заметила, как по красивым рукам Актрисы волной пробежала дрожь- готовясь к работе, напрягались и расслаблялись мышцы.

Впрочем, подругу она разглядывала недолго. Удары посыпались со всех сторон, не слишком быстрые и умелые, каждого такого драчуна Мастера превосходили намного, но слишком большое число нападавших оставляло мало шансов.

Лали это понимали прекрасно и дрались насмерть. Драка едва успела начаться, а один уже выбыл из круга и упал, сложившись пополам, испытав силу стройной ножки Танцовщицы на самом чувствительном месте. Вскоре к нему присоединился второй, который, будь ему вовремя оказана помощь, всю оставшуюся жизнь смотрел бы на мир одним глазом. Но сразу в больницу его не повезли, так что жизнь для него на этом и закончилась. Нэль, в отличие от Тай, не боялась мертвых.

Мужик, за которого, не щадя себя, мстили молодые люди, сам в драке участия не принимал. Но, увидев двоих покалеченных, он решил дело по-своему. Протолкнувшись между азартно сопящими парнями, он выставил из рукава округлую головку газового баллончика и придавил ее.

Подворотня наполнилась легким, но пронзительным, как зубная боль, запахом. Тай почувствовала, как гортань и трахею наполнило битое стекло, свет лампочки стал краснеть, потом чернеть и потух совсем.

На Актеров яды действовали слабее, чем на обычных людей, поэтому Нэль не потеряла сознания, но медленно сползла по стене на землю, кашляя и захлебываясь горловой кровью.

Молодежь разомкнула ряды.

- Ну, че, братаны, перекур?-предложил один из них, тяжело отдуваясь и кривя разбитые губы. Его товарищи расслабились, заговорили, кто-то присел, кто-то прислонился к стене. Все поглядывали на лежащих у их ног худых драных девчонок и удивленно матерились.

- Блядь, они, что ль, правда... эти?-спросил паренек, почти подросток, делая неопределенные пассы руками.

- Нет, они, блядь, зарядку по утрам делают,- съязвил кто-то в ответ.

- Ебана в рот, во дают махаться!-подхватил тему третий.-Теперь-то чего с ними, на хуй, делать? Долго они так проваляются?

- Глянь, а эта в пизду и не отрубилась!-заметил один, легонько пиная Нэль в область виска.

- Не убей!-строго предупредил старший и увидел, как плечи языкастой воровки пару раз вздрогнули, будто от смеха. Хотя, с чего бы ей смеяться? Скорее плакать впору. Он продолжил:

- Эту, как оклемается, будете пиздить, пока не утомитесь. А там уж ее проблемы. А вторую как хотите, хоть ебите, хоть пришейте.

- Не, не!-возразил подросток.-Черную Монголу надо отправить, он просил ему чурок таскать.

- Бля, пацаны!-перебил его парень постарше.-Смотрите, Крыса помирает!

Пацаны обступили имярека с выбитым глазом и согласились, что с ним дело плохо. Рядом стонал пришедший в себя несчастный, покалеченный Танцовщицей.

Старший оценил ситуацию и выдал программу действий:

- Так, грузите этих ко мне в машину. Ты, бля, на тебе ключи, пригони ее сюда... Я поеду их в больницу отвозить, вы тут с этими разберитесь.

Снова вмешался подросток:

- А эту как к Монголу везти?

- Ебана в рот! Ты заебал со своим Монголом, в пизду! Замолкни, на хуй.

Подросток недобро сощурился.

- А вот я ему, блядь, на хуй, скажу, как ты тут против него выебывался, он тебе такую пизду выдаст, ты, блядь, неделю вылезать будешь.

Старший ощутил, как его авторитет трещит по швам. Надо бы показать сопляку место, да не выйдет. Чертов щенок ходит в шестерках пресловутого Монгола, а связываться с ним-себе дороже. Делать нечего.

- Хуй с тобой, забирай телку, поехали. По дороге завернем к его хате.

Парнишка гордо выпрямился и милостиво предложил:

- Возьми Толстого, мы на перекрестке отвалим.

Старший согласно кивнул. Подъехала машина. Впереди усадили стонущего страдальца, подросток устроился рядом. На заднем сидении полулежал тот, кто к этому времени уже отмучался. Его поддерживал крупный мужичок, названный Толстым. На пол, под ноги этой парочки, уложили бесчувственную Танцовщицу.

Окутав оставшихся облаком бензиновой гари, машина уехала.

"Ну что за жизнь невезучая такая",- рассуждала Нэль, лежа лицом вниз в грязи и стараясь не вздрагивать от ударов. В самом деле, утомятся же они когда-нибудь пинать индифферентное тело! "Опять вот бьют... Ох ты господи, это ж ведь больно-по почкам-то ногами... Щенки паршивые. Да будь вас пять таких, а не десять... Мама моя! И не надоело им?"

- Вот сука,- тяжело дыша, пробормотал некто охрипший и запыхавшийся.-Ну все ей хрен по деревне... А ну-ка!

Он легко, как котенка за шкирку, поднял Нэль на ноги.

- Ну, лали, спой нам песню!