Читаем Танцовщица Тай полностью

Ночью Холии не спалось. Она лежала, слушая возню мышастиков, и думала. О бедах и неудачах, о себе. Что её ждёт здесь? Таскаться с девчонками по злачным местам, ночевать в притонах, выслушивая поучения разных мудрых, типа этой полусвихнутой Ахами? Холия встала покурить. Она прекрасно видела в темноте и, стоя у окна, разглядывала спящих подруг. Красотка Лохита со своей пофигистической философией не пропадет. Семья там, не Семья -ей всё равно, у неё дочь, и на всё ей плевать. Вон дрыхнет, и то-как королева на приёме... А дочка её вообще-цветочек на лужайке. Кота ей для полного счастья не хватало... Вот Нэль. Когда она спит, видно, какая она на самом деле-малявка с неровно обрезанными волосами, неопределённой формы нос, тонкогубая, зато, правда, глазастая. Далеко не красавица, но шутки ради может посрамить любую примадонну. Там, за этим непримечательным лицом, таится такой разум, что, позволь ему Актриса выглянуть из-за постоянных масок, было бы порой жутковато... А Тай даже во сне не может избавиться от тяжелых мыслей, она практик, она, как и Холия думает, что же дальше, что делать, как жить. Неспокойный у нее сон. О чем думать, Тай, когда все уже передумано? Здесь нельзя больше жить. Нет, нет, уходить. Туда, где поезда и дороги, там жизнь, люди и солнце. А здесь смерть. Простите меня...

Утром Фишка проснулась, посетила туалет , а, вернувшись оттуда, разбудила остальных удивленным возгласом:

- А куда эта делась?

Нэль взглянула на пустую койку и превратилась в Холию. Спросонья образ получился расплывчатый, но главное она уловила и сказала, отпуская Роль:

- Боюсь, мы ее не увидим больше. Она решила жить сама по себе.

- Дезертирка! Надо же... Впрочем, ее можно понять,- высказалась по этому поводу Тай, и Холия из их жизни ушла.

Аль, как оказалось, ночью не дремал-у каждой кровати валялся дохлый мышастик, а около Фишкиной даже два.

Довольная Ахами накормила постоялиц королевским завтраком, а уже на улице Фишка нашла в кармане деньги. Она немедленно побежала в ближайшее кафе купить мороженое, остальные ждали ее на улице.

- Надо идти туда,- сказала Тай.

- Да,- согласилась Нэль,- И нужны деньги. Не представляю, как мы с этим со всем справимся, если честно...

Они замолчали и одновременно подумали и представили : стекла выбиты, дверь снесена, стены в луночках пуль... и всюду кровь и тела-много, почти сотня. Чылэ, несмотря на прошлые потери, оставалась одной из самых многочисленных Семей.

- Ну, идти, так идти,- снова сказала Нэль,- А то потом хуже будет.

Она вздрогнула под порывом холодного ветра и засунула руки в карманы. Там она наткнулась на сигареты, украденные накануне. Нэль вскрыла пачку, собираясь закурить, и к ней тут же направился делегат от большой группы молодежи, подпиравшей стену через дорогу.

- Простите, не могли бы вы уделить одну сигарету?-вежливо осведомился делегат.

- Одну?-удивилась Нэль.- От скромности умрете. Зовите своих приятелей, я поделюсь.

Дважды повторять не пришлось-молодежь шустро расхватала сигареты, не забывая, впрочем, поблагодарить щедрую лали. Оставшиеся две штуки разделили Лохита и Хилихай, которая к тому времени вышла из кафе.

- Легко достались-легко расстались,- сказала Нэль и ловко запустила пустую пачку в мусорный бачок.

Пока молодые люди молча и жадно утоляли никотиновый голод, Тай разговорилась с делегатом, оказавшимся как и она некурящим. Кличка у него была-Аист, очень ему подходящая, через пять минут Тай напрочь забыла, как его там зовут на самом деле. Парень отрекомендовался студентом-культурологом, студентами были и все остальные в этой компании. По словам Аиста, они переживали тяжелые голодные времена перед стипендией и держались лишь случайными заработками-все иногородние, пап и мам под рукой ни у кого не было. Немного занудливый, но чертовски интеллигентный Аист вызывал у Тай умиление.

- Ты себе представить не можешь, как я рад нашему знакомству,- монотонно бубнил студент,- Меня всегда интересовал ваш народ. Этнографию у нас читает профессор, ничего плохого про него сказать не могу, но лали, к сожалению, не его конек.