Валерий Башмачков работал над последними главами своего готического романа, однако совсем не чувствовал облегчения от того, что конец работы близок. Проблема была в ускользающей развязке. Сюжетные линии не хотели сходиться в один узел, и от этого писатель постоянно пребывал в раздраженном состоянии духа. Он решил на время съехать от Лины в свое «логово одинокого волка», пока не закончит работу. Лина тоже постоянно психовала. Ее бесило то, что они с Башмачковым до сих пор не смогли распутать эту странную историю с похищением дипломата и то, что она по-прежнему ничего не знала о смерти доктора Могильного. Верочка постоянно всхлипывала в телефонную трубку, что тоже не прибавляло Лине оптимизма. Лишь Элеонора Березкина пребывала в отличном расположении духа, несмотря на то, что едва не стала жертвой рыночных гангстеров. Когда ее освободили, Башмачков строго-настрого запретил Лине лезть в историю с поддельными монетами, потому что, по словам следователя Васильева бухгалтер Березкина могла быть в этом деле не единственной пострадавшей. Впрочем, пострадавшей Элеонора теперь не выглядела, скорее, наоборот. Лина не узнавала своего главбуха. Элеонора перекрасилась в яркую блондинку, укоротила юбку и свои роскошные волосы, полюбила в одежде яркие цвета, что было ей прежде не свойственно. Для Лины главным признаком того, что с Березкиной что-то не так, стал квартальный отчет. Элеонора отвезла его на сутки позже в налоговую, что прежде невозможно было даже себе представить. В общем, Лине стало очевидно: Березкина влюбилась. Оставалось узнать — в кого… Так же сильно Лине не терпелось узнать, где скрываются Марианна и Иннокентий, а еще — кто подставил пожилого дипломата. Лине давно поняла, что за аферой с поддельными монетами стоят не жуликоватые таджики, косившие под строителей, и не простоватые барыги, облапошивавшие доверчивых дамочек на рынках, а кто-то намного более серьезный.

Провенансы поют романсы

«Допустим, Иннокентий Бармин скрывался в клинике от крестного отца монетной мафии, — размышляла Лина. — Значит, бывший дипломат знал что-то такое, за что его могли убить. Похоже, мафиози решил подло подставить Бармина и в случае малейшего срыва криминальных планов все на него свалить. Недаром же этот мерзавец размножил фотографии Иннокентия и раздал их своим шестеркам на рынках, а потом парочку из них увидела Элеонора. Неплохо придумал, гад! Впрочем, если этот криминальный тип имеет отношение к антикварному рынку, то его непременно должен знать кто-то из столичных антикваров. В общем, придется еще раз наведаться в антикварный салон, хотя мне там вряд ли обрадуются».

Консультант антикварного салона Ольга взглянула на Лину с подчеркнутым равнодушием. Наверное, вспомнила, как та заявилась к ним с фальшивыми монетами. Лина постаралась задобрить эксперта и улыбнулась Ольге как можно лучезарнее:

— Ольга, я пришла к вам за советом. Вы опытный консультант, наверняка всех в вашем закрытом антикварном сообществе знаете…

Дама была явно польщена, однако поспешила уточнить, что Москва большая и всех антикваров мегаполиса знать просто невозможно.

— И все-таки… Вы не помните, кто в последнее время особенно интересовался старинными монетам?

— Погодите, дайте-ка подумать… Ну да, несколько раз заходил элегантный господин. Интеллигентный такой дядечка, пожилой. Купил у нас пару монет и несколько медалей. У него еще имя было такое… в общем, редкое.

— Иннокентий? — подсказала Лина.

— Да-да, кажется Иннокентий.

— А он не говорил, для кого покупает эти «цацки»?

Ольга взглянула на Лину с легким превосходством:

— Видите ли, милая дама, в мире антикваров заказчик обычно предпочитает остаться неизвестным.

— Ну, а все-таки… Есть же салоны, которые специализируются на медалях и монетах?

Терпение у Ольги иссякло. Она дала понять, что беседа окончена, под тем предлогом, что в салоне появились новые посетители. На прощание продавец-консультант заметила:

— В кризис у нас торгуют всем, что удается взять на комиссию, разница между салонами почти стерлась. В общем, если дома отыщете какую-нибудь действительно цен ную вещь — милости просим к нам, а пока я вынуждена с вами проститься.

Лина брела по улице и размышляла:

«Надо поискать в интернете адреса антикварных магазинов. Иннокентий Бармин — мужчина немолодой, вряд ли он согласился ездить на работу через весь город. Вероятно, его работодатель живет и работает где-то неподалеку от его дома».

Прибежав домой, Лина включила интернет и набрала в поисковике: «Антикварные магазины в районе Бронных улиц, Патриарших прудов и Пушкинской площади». Высветилось несколько адресов и телефонов. На одном из сайтов висел баннер: «Принимаем на комиссию старинные медали и монеты».

Лина сделала глубокий выдох и набрала нужный номер.

— Слушаю вас! — раздался в телефонной трубке вальяжный мужской голос.

— Вас могла бы заинтересовать памятная медаль с профилем Екатерины Второй? — Лина старалась говорить так, чтобы ее голос звучал как можно тверже.