– А то, что я могла без головы остаться, тебя не очень напрягает? – ковыряя вилкой в салате из креветок, поинтересовалась я. – Костя, я серьезно – мне очень страшно.

– Перестань, Мария. За те бабки, что я поднял сегодня, можно немного и понервничать.

И я поняла, что это никогда не изменится. Он ни за что не откажется от игры, никогда не станет прислушиваться к моим словам. Он всегда останется таким, как был сегодня, – жестоким, упертым, везучим Костей Кавалерьянцем. Но вот что будет в момент, когда его везение закончится? Никто не знает…

На турнир Костя поехал с нами. Это было удивительно – обычно он избегал подобных мероприятий. Наш соревновательный день начался довольно поздно – место в рейтинге давало возможность пропустить несколько отборочных туров.

Костя, Арик и пара их подручных сидели за столом у самого паркета, и мы, выйдя на медленный вальс, оказались прямо перед ними. Я никогда не обращала внимания на публику, но сегодня, бросив взгляд на мужа, увидела в его глазах неподдельное восхищение. Не знаю, почему, но это придало мне уверенности и куража. В танго меня было уже не остановить, Иван только головой покачал, сойдя с паркета:

– С ума сошла? Силы побереги.

– Нормально…

Свое третье место мы заняли – а на большее сейчас, в довольно плохой форме, и претендовать не могли. Но самым удивительным было то, что организатор турнира вдруг преподнес мне специальный приз – большую тарелку, на которой оказалась наша с Иваном фотография в танго. Фоном служила… Петропавловская крепость, и, увидев это, я едва не упала с пьедестала, а Иван, поддержав меня за локоть, шепнул:

– Ну что, дорогая, будет у нас теперь прекрасное напоминание о Питере, да? Лучшего танго я не танцевал с тобой, кажется, ни разу в карьере.

– И поверь – больше не станцуешь, я замужем, – шепнула я, и Иван рассмеялся.

За паркетом стоял восхищенный Костя с огромным букетом бордовых роз в руках.

Честно скажу – даже неприятный инцидент с похищением не смог испортить мне впечатления от любимого города. И, глядя на эту тарелку с фотографией, я тоже буду вспоминать то танго под дождем, что мы станцевали с Иваном на брусчатке Петропавловской крепости.

Код «красный»

Она брела из супермаркета по только что выпавшему снегу, едва не сгибаясь под тяжестью четырех огромных пакетов, набитых продуктами. Муж искренне полагал, что это не его дело – таскать тяжести.

«Ты женщина, ты теперь не работаешь – вот и будь любезна, сделай так, чтобы в холодильнике всегда было свежее молоко, фрукты и овощи, а на плите – горячий ужин».

Марго устало плюхнула пакеты на скамью и потрясла затекшими пальцами. Она соглашалась с доводами Ромы, но почему бы ему тоже хоть иногда не помочь ей? Вот просто не выйти и не встретить хоть иногда с этими авоськами у магазина, благо он расположен через дорогу от их дома? Нет, Рома выше этого, бытовая сторона жизни приводит его в ужас, а всякое столкновение с действительностью в виде текущего крана, отклеившихся обоев или переставшего закрываться замка на двери доводило его до истерического состояния. Марго решала эти проблемы сама, словно мужа у нее не было.

Вздохнув, она снова взялась было за пакеты, как вдруг сильная мужская рука в черной перчатке подхватила один из них.

Вздрогнув от неожиданности, Марго резко обернулась и замерла. Рядом стоял высокий седой мужчина лет сорока пяти, с суровым выражением серо-стальных глаз и плотно сжатыми тонкими губами.

– Марго, до каких пор вы будете истязать себя подобным образом? Вы записались в клуб любителей таскать тяжести? – без тени улыбки спросил он.

– Не трогайте меня! – игнорируя вопросы, враждебно отозвалась Марго.

– Это позвольте мне решать. Идемте, помогу донести.

– Не надо! – уперлась Марго, не желая находиться даже рядом с этим человеком.

– Не спорить! – резко отсек мужчина.

– Да хватит, в конце концов! – вспылила она. – Оставьте меня в покое, кто вы вообще такой, чтобы отдавать приказы?

– Молчать! – тихо и страшно сказал мужчина, уставившись прямо в лицо Марго своими стальными глазами. – Ты будешь делать то, что скажу я. Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому.

– Да пошел ты! – взвилась Марго, отскакивая на безопасное расстояние. – Лечи голову, будет меньше проблем!

Она развернулась и, забыв про пакеты, побежала к подъезду, поскальзываясь на раскатанной детьми асфальтовой дорожке. Захлопнув за собой тяжелую входную дверь, она прижалась к ней спиной и перевела дух.

«Черт возьми, вечером Рома голосить начнет по поводу пропавших продуктов и потраченных на них денег», – подумала Марго, досадуя на назойливого кавалера.

Этот странный мужик прицепился к ней еще летом на выставке работ известного немецкого фотографа, куда Марго забрела с подачи одной приятельницы, интересовавшейся фотографией. Странные снимки не произвели на Марго особого впечатления, ей были чужды все эти цепи, веревки, полуголые девушки в масках и накачанные мужчины в черной коже. Подруга же едва не рыдала от восторга, стараясь заставить и Марго разделить это.

– Бред какой-то, – пожала плечами Марго. И вдруг за спиной услышала: