Фейри устраиваются на ночлег. Хол разводит огонь, а Дэвиен с Шей отправляются на охоту, чтобы раздобыть ужин. Они приносят зайца, которого спутники быстро разделывают и жарят.

Хол протягивает мне кусочек мяса.

– Возможно, ты не почувствуешь вкуса и еда не принесет тебе никакой пользы, но съешь его, не повредит.

Желудок отзывается громким урчанием. Похоже, фейри тоже его слышат, поскольку Джайлс фыркает. Вообще-то я и вправду не испытываю особого желания есть то, что готовили фейри, но мне понадобятся силы, чтобы двигаться вперед. И даже если это мясо на вкус напоминает пепел и не сможет меня насытить, надеюсь, хотя бы желудок наполнится и перестанет издавать свою жалобную песню.

– Спасибо, – бормочу я и беру бедро из рук Хола.

У меня за целый день и крошки во рту не было, а мясо божественно пахнет, отчего рот сам собой наполняется слюной. Я откусываю кусочек, готовясь к ощущению угля на языке. Однако мясо оказывается необыкновенно вкусным. Такое чувство, будто ничего вкуснее я в жизни не пробовала. А ела ли я хоть что-то прежде? Я откусываю еще один большой кусок и тыльной стороной ладони вытираю стекающий по подбородку жир.

– По крайней мере, ты пытаешься есть, – с улыбкой замечает Орен.

– Мясо не повредит, – повторяю я слова Хола.

Им вовсе ни к чему знать, что я чувствую вкус еды. Вполне вероятно, что другие люди лгали фейри. В конце концов, мы-то умеем лгать, а они нет. Возможно, заставив фейри поверить, что еда и вода не насыщают людей, те, кто попадал сюда прежде, просто выигрывали время, чтобы сбежать и вернуться домой? Вдруг именно здешняя пища позволит мне пройти через Грань?

После ужина фейри устраиваются на ночлег. Холу выпадает дежурить первым, Джайлсу вторым, а Орену – третьим. Если я намерена бежать, тогда лучше шанса, чем во время стражи Орена, не представится.

Спать на лесной подстилке удобнее, чем я ожидала. Уютно устроившись на толстом ковре изо мха, я быстро проваливаюсь в глубокий сон и просыпаюсь, лишь когда рядом со мной шевелится Орен. Я намеренно легла к нему поближе, чтобы наверняка заметить, если он встанет. Притворяясь, что еще сплю, я тихо вздыхаю и поворачиваюсь на бок. Заслонив руками половину лица, я приоткрываю один глаз и сквозь просветы между пальцами смотрю вперед.

Орен и Джайлс о чем-то шепчутся, но быстро прекращают разговор, и Джайлс укладывается на землю рядом с другими фейри. Дождавшись, пока его тяжелое дыхание сменится тихим храпом, я осторожно перекатываюсь на живот и упираюсь ладонями в землю на уровне груди. Медленно приподнявшись на руках, я в свете угасающего костра изучаю спящих фейри. Невольно задерживаю взгляд на Дэвиене. Даже при столь слабом освещении его янтарная кожа практически светится. Оранжевые отблески тлеющих углей обрисовывают контуры его мышц, квадратную челюсть и смягченную сном линию бровей.

Его лицо не слишком отличается от того, что я рисовала в воображении, вплоть до легкой щетины. Впрочем, алые переливающиеся крылья за спиной разрушают образ мужчины, живущего в моих фантазиях. Нет, лорд Фенвуд, которого я знала, был всего лишь иллюзией, и этот фейри с самого начала мною манипулировал. Но, покидая дом своей семьи, я поклялась, что больше никогда и никому не позволю себя использовать. И это обещание не потеряло силу лишь потому, что я попала в другой мир.

Медленно поднявшись, я на цыпочках крадусь по шатру, созданному из коры и ветвей. Орен стоит, прислонившись к входу в развалины. Заслышав шаги, он переводит бдительный взор на меня.

– Идите спать, – шепчет он.

– Мне нужно в туалет, – застенчиво сообщаю я, не обращая внимания на металлический привкус во рту. – Я решила, не стоит справлять нужду там, где спят остальные.

– Сходите туда. – Он указывает на другую сторону дерева, где заканчивается наше укрытие. – Я отвернусь.

– Не могу. Это слишком… – Я расстроенно вздыхаю. – Я не сумею сделать свои дела в такой близости от фейри.

– Они все спят.

– Неважно. Я боюсь таких вот зрителей. – Я переминаюсь с ноги на ногу, словно уже с трудом терплю. – Я лучше схожу вон за тем деревом. Оно достаточно далеко. – Я тыкаю пальцем на большой дуб рядом с другим разрушенным домом.

– Хорошо. – Орен поджимает губы. – Но поторопитесь.

– Приложу все силы. – Я прижимаю руки к нижней части живота. – Эта пища мне не подходит.

Он бросает на меня жалостливый взгляд, и я испытываю легкий укол вины за ложь и намерение сбежать. Однако Орен первый мне солгал. Если бы его заботило мое благо, он признался бы, что на самом деле фейри, или помешал бы остальным притащить меня в этот мир.

Подойдя к дереву, я скрываюсь за стволом и оглядываюсь назад. Орен смотрит прямо на меня.

– Отвернитесь, – одними губами прошу я.

Он закатывает глаза и отводит взгляд. Не теряя времени, я огибаю дерево и, спрятавшись за разрушающейся стеной очередного давно заброшенного дома, прислушиваюсь, не кинется ли Орен в погоню. Но лес безмолвствует. Вряд ли фейри заметил мое движение.

Сделав вдох, я собираюсь с силами и бросаюсь бежать.

<p>Одиннадцать</p>