Читаем Танец марионеток полностью

Невысокий человечек, держащий отрезанное человеческое ухо на вытянутой руке, продолжал злиться.

– Ты уже в третий раз прогоняешь меня с этим вопросом, – фыркнул он.

– Извини, но моя голова занята другими неотложными делами, – с ангельским терпением ответил алхимик. – Мы разберемся с этим в другой раз.

– Знаешь, как глупо я выгляжу, бегая по городу с ухом в руке?

– Не понимаю, что в этом странного.

Йорлан, искренне удивляясь, пожал плечами и, развернувшись на пятке, двинулся в сторону монастыря. Человечек с ухом в руке хотел последовать за ним, но часовые, охранявшие вход в монастырский двор, преградили ему путь. Мы со Считалой кинулись догонять алхимика.

– Что там с этим ухом? – спросил интендант.

– Ты действительно хочешь знать? – ехидно ответил Йорлан.

– Ну, рассказывай. Зачем ты заставил его ходить с ухом в руке?

– Если честно… – он замешкался, – …я не помню.

Я недоуменно покачал головой, а Считала расхохотался, после чего мы все вместе двинулись в сторону монастыря, к главной часовне, где должно было состояться собрание офицерского корпуса Седьмого полка. С самого утра среди бойцов нарастало нервное напряжение, мы то и дело слышали тревожный шепот, когда пересекали двор. По полку прошел слух, что собрание связано с решением Толстого Альфа наконец резко отреагировать на рост мятежных настроений в городе. «А какая еще причина, – говорили все вокруг вполголоса, – могла заставить нашего командира, полковника Герарда Сожене, покинуть свой кабинет на вершине южной башни?» В последние недели мы почти не видели полковника, а во всех повседневных рутинных вопросах, связанных с управлением подразделением, его заменяла Ника. Сам же Герард покидал башню только ради визита в штаб графа де Верде в Цитадели. Однако для нас это было не самое лучшее время, и полк очень нуждался в своем легендарном командире, чей вид всегда воодушевлял и ободрял.

Застой и вечное напряжение в Д’уирсэтхе явно шли Герарду не на пользу. Этот потухший, оторванный от бойцов человек теперь мало напоминал прежнего полковника, полного неутомимой, яростной энергии, который не так давно въехал в город во главе колонны гордо маршировавшего войска. Поэтому он все больше становился похожим на Нику, которая, когда хотела, умела управлять жесткой рукой, но у нее просто не было на это времени, так как почти все уходило на обширную разведывательную сеть и охоту на бунтовщиков. Поэтому дисциплина в полку становилась все более рыхлой.

– Я бы отдал месячное жалованье, лишь бы принять участие в этом совещании, – сказал Зеленый, который прицепился к нам, когда мы проходили через двор.

– Люди преувеличивают, конечно, не будет никаких сенсаций, – бросил я ему быстро, потому что на лице Считалы уже читалось, как он высчитывает жалованье сержанта.

– Дело не в совещании. Я просто… я никогда не видел полковника.

– Как это возможно?

– Ведь ты служишь с нами уже более двух лет.

– Конечно, я видел его издалека, во время тренировок и маршей или когда он выходил с охраной на какое-нибудь штабное собрание в Цитадели. Но я никогда не встречался с ним лично, лицом к лицу. Я присоединился к полку, вдохновленный историями о его легендарных подвигах, которые ходили по всему Королевству. Будучи студентом в Ворейне, постоянно слышал или читал о блефе при Алленберге, о захвате порта Наксиос и переходе через горы Баргаэль. Но сейчас, попав в Седьмой полк, я не чувствую, что стал к полковнику ближе, чем в те времена, когда сидел в университетской библиотеке Ворейна.

– Блеф при Алленберге? – удивился Считала. – В первый раз слышу.

– Последний год манийской кампании, – напомнил я. – Во время великой засухи, когда вся наша конница была на грани голодной смерти. Неудивительно, что ты не помнишь. Ты был тогда в нескольких десятках километров от полка, опустошал с отрядами фуражиров деревни и отбирал последние крохи у отчаявшихся крестьян.

– Тогда всё сходится, – кивнул он. – Так что же, собственно, произошло под Алленбергом?

– Полковник подошел к городу с небольшим, всего в несколько сотен человек, отрядом изможденных и голодных солдат, – тут же подхватил Зеленый. – У них не было ни осадного снаряжения, ни даже провианта, чтобы продержаться дольше нескольких дней. Между тем у Алленберга были мощные укрепления, за которыми скрывался трехтысячный гарнизон.

– Защитники сожгли все земли вокруг города, – добавил я. – У нас не было шансов захватить крепость, и если бы мы отошли от стен, нам пришлось бы пройти много дней, чтобы добраться до земель, способных нас прокормить. А силы и запасы были уже на исходе. Многие уже не стояли на ногах, и все мы были мертвенно бледны и измождены. Походили на армию призраков.

– История гласит, что Герард выбрал нескольких относительно неплохо выглядевших солдат, посадил их на коней, специально прикрытых длинными чепраками, чтобы не было видно торчащих ребер, и, подъехав к городским воротам, потребовал сдачи Алленберга.