Читаем Танец марионеток полностью

С наступлением темноты пришлось изменить способ навигации. Мертвый ворон Рега взмыл в воздух и полетел вперед, как разведчик, а Первый некромант, пользуясь глазами своего слуги, взял на себя роль проводника. Вскоре после этого он сообщил, что птица заметила в лесной чаще поляну, на которой располагалось капище, и, судя по горевшему пламени, там как раз собирались какие-то люди.

Внезапно я увидел огромный изъян в нашем плане. Даже если бы собрание Круга успело закончиться до нашего приезда, людям Носьереса все равно нужно было время, чтобы подложить разоблачающие ван Дорренов доказательства. Если бы в это время ворон Рега парил над поляной, он бы все увидел, и наш обман открылся бы.

– Лучше бы эта птичка не кружила слишком близко к цели, – быстро сказал я некроманту. – Судя по тому, что мы видели на прошлой священной поляне, падальщики избегают этих мест и не трогают то, что принесли в жертву богам. Ворон, наблюдающий за собранием, сразу насторожит Круг.

Первый некромант признал мою правоту и отныне не позволял крылатому слуге слишком близко приближаться к Кругу. Вскоре пришло время свернуть с тракта и пробраться через чащобу. Эта священная поляна находилась гораздо дальше от проторенных дорог, чем предыдущая, поэтому нас ждал долгий, трудный марш через густой бор. Это было мне на руку, потому что, насколько я понял, у нас все еще был большой запас времени, и мы могли добраться до места слишком рано. Поэтому я взял на себя командование колонной и, сославшись на меры предосторожности, постарался, насколько это возможно, замедлить наше продвижение, хотя чрезмерно возбужденный некромант хотел как можно скорее выследить членов Круга.

К счастью, преодолевать густой лес в полной темноте, да еще вести под уздцы лошадей было невероятно трудно, и мы продвигались со скоростью улитки. В начале пути я разрешил зажечь несколько факелов, но когда мы приблизились к цели, приказал погасить их, объяснив, что это может выдать наше положение, хотя на самом деле мне нужно было всего лишь замедлить скорость. Видимость упала до минимума, и мы ступали по лесу с величайшей осторожностью, едва замечая ветки, царапающие лица, и корни под ногами. Вскоре пришло время оставить лошадей. Мы привязали их к деревьям, и некромант прикомандировал несколько мертвецов для их защиты. Последний, самый короткий отрезок нам предстояло преодолеть в полной тишине и с предельной осторожностью.

Мы были уже на краю поляны и могли различить мерцающий между ветвями свет факелов, что освещали капище, когда я приказал отряду остановиться. Мы с Чи и Ферре подкрались к тому месту, где заканчивалась линия деревьев, чтобы изучить окрестности. Я вдохнул с облегчением. Поляна уже опустела. Факелы еще горели, и хотя расстояние было немалым, мне показалось, что у подножия статуи видны лежащие тела. И Круг, и люди Носьереса уже успели сделать свое дело. Но не хватало только наемников ван Дорренов.

– Черт, мы опять опоздали, – прошипела Чи, ударив кулаком по стволу дерева. – Мы были так близки к поимке этих мерзавцев!

Где этот проклятый Вильгельм? Надо было быстро что-то придумать, чтобы выиграть время.

– А если они всё еще где-то рядом? – предположил я. – Может, нам еще удастся их догнать? Надо поскорее вернуться к некроманту.

Мы отступили к отряду.

– Поляна пуста, сукины дети успели свалить, – обратился я к Регу, изображая гнев и разочарование. – Но они не могли уйти далеко. Пошли своего ворона, пусть осмотрится, может, он их увидит.

Рег согласился без колебаний и отправил птицу на разведку. Я не ожидал, что он что-нибудь найдет. Даже если люди из Круга или приспешники Носьереса еще не отошли на приличное расстояние, густой лес должен был надежно скрыть их от взгляда мертвого ворона. Они могли бы выдать себя только в том случае, если бы громко разговаривали между собой, а я не верил, что любая из сторон допустит такую глупость. Между тем у меня появился хороший предлог, чтобы приказать своим людям оставаться на месте и не разбредаться по окрестностям в поисках бунтовщиков. Вильгельм получил шанс наверстать упущенное. Только бы он не упустил его.

Мы все замерли в нервном ожидании. Вокруг царила неестественная тишина, не слышно было привычных звуков леса, лишь наше нервное дыхание и короткие перешептывания между солдатами. Раз за разом, когда хрустел хворост от перешагивания с ноги на ногу или позвякивал меч от неосторожного удара о броню, все резко вздрагивали и всматривались в окружающий мрак, нервы были натянуты как струна. Вдруг прямо перед нами раздался шорох, и Чи, которую я вместе с двумя бойцами заранее отправил обратно к краю поляны на разведку, вернулась бегом в отряд.

– Вы не поверите, кто только что выбрался на поляну, – беспокойно прошептала она. – Дюжина головорезов в ливреях рода ван Доррен.

– Что за черт? – пробормотал Рег. – Что они здесь ищут?