Читаем Танец гюрзы полностью

Привлечение Алисы в качестве подозреваемой еще можно было как-то замотивировать – все-таки она приехала вместе с Базилио и не была отмечена в списке гостей, но обвинения в адрес Фокина в мозгу Свиридова просто не укладывались.

Конечно, священник-киллер – это звучит интригующе, но нельзя же строить обвинение на одной любви к опасным парадоксам! И еще – оставалось только поражаться, как молниеносно Шепелев сумел взять ситуацию под свой контроль и с какой готовностью подчинилась ему, фактически незнакомому человеку, охрана виллы.

Хмель как-то сразу улетучился из головы Владимира после того, как его, Фокина и еще нескольких человек из числа присутствующих в бассейне в момент несчастья проконвоировали в одну из спален, обыскали и, несмотря на возражения гостей, неожиданно ставших заложниками так феерично изменившейся ситуации, – банально заперли на ключ.

– Ничего не понимаю, – проговорил рослый лысеющий мужчина с длинным узким носом и впалыми щеками – один из тех двоих, кто едва успел выпрыгнуть из бассейна в тот момент, когда воду начало неудержимо всасывать в пролом. – Что же все-таки произошло? Почему нас, как баранов, загнали сюда?

– На первый ваш вопрос ответить не так уж и сложно, – отозвался Свиридов. – Просто какой-то преисполненный гуманистических идей доброжелатель прикрепил ко дну бассейна взрывчатку… вероятнее всего – пластит килограммчика этак на полтора-два. Количество довольно невинное, но, как вы знаете, содержимое всяческого резервуара подчиняется определенным физическим законам. Так произошло и здесь: вода устремилась в пролом и начала затягивать туда всех, кто плавал в бассейне.

– А убитые охранники?

– Ну… это элементарно. Вероятно, им просто не понравилось, что кто-то хочет подорвать их хозяина.

– Хитро придумано все это, – пробормотал Фокин, который уже успел где-то раздобыть бутылку водки и теперь прикладывался к ее горлышку.

– Ничего не понимаю… – пробормотала одна из девиц, в чью хорошенькую головку, к тому же изрядно затуманенную алкоголем, упорно не укладывалась жестокая фантасмагоричность происшедшего.

Окровавленного и взъерошенного Грязнова довольно-таки бесцеремонно втолкнули в комнату, где находились Януарий Николаевич, Маркелов, Кривов и еще двое неизвестных Базилио мужчин, и почти силой усадили на черный офисный стул с вертящимся сиденьем.

К тому времени Базилио уже успел несколько собраться с мыслями и подбирал ответы на возможные нелицеприятные вопросы. Какими именно они будут, догадаться было несложно.

– Ну что, Сергей Иванович, у вас было время вспомнить, что именно вы делали в бункере после того, как подрались с ныне покойным Валерием Леонидовичем Марковым? – спокойно проговорил Шепелев.

– А вы, Януарий Николаевич, неплохо освоили роль следователя, – отозвался Грязнов, приглаживая вздыбившиеся на макушке короткие темные волосы. – Только мне непонятно, по какому праву вы ее присвоили.

– Вот это другой разговор, – одобрительно произнес Шепелев. – Солидно и по делу. Гораздо лучше, чем тот жалкий лепет в подземном бункере. Что касается присвоенных мною полномочий, то хочу заметить, что я являюсь майором ФСБ, а большая часть приехавших с Кириллом Глебовичем людей также является офицерами Федеральной безопасности.

– Никогда еще у Китобоя в гостях не было такой ментовской кодлы, – усмехнулся Базилио. Поднявшись со стула, он громко произнес: – Я последний раз заявляю: не надо вешать на меня косяки и давить на меня порожняк насчет того, что я убил Китобоя и двоих парней. Да одного из них я с пеленок знал, вместе в школу ходили! Вы че, в натуре! Никого я не убивал. Это все, что я могу сказать. – Он громко прокашлялся и добавил: – Сто раз говорили мне: не надо жабать водяру до столбняка… и вот на-от тебе – такой камуфлет! Ну ладно, гражданин начальник, я все сказал.

Базилио издевательски засмеялся и сел обратно на стул. Самообладание возвращалось к нему, и к холодному, упругому желанию постоять за себя примешивалась струйка отчаянно горчащей злобы и ярости.

Януарий Николаевич переглянулся с одним из незнакомых Базилио мужчин и после долгой паузы произнес:

– Игра в молчанку была всегда очень интересным занятием, но это только до поры до времени. Уберите его.

* * *

Следующей была Алиса. Ее привели в ту же комнату, но в ней она застала лишь одного Шепелева. Он прохаживался взад-вперед вдоль окна и крутил в пальцах ручку с золотым пером.

– Ну что, дорогая моя гражданка Смоленцева, – заговорил он тоном, определенно претендующим на ироничную доброжелательность, – вы тоже намерены добросовестно мариновать нам мозги, как ваш сообщник, веселый господин Грязнов, или все-таки сообщите что-то по существу? Например, как вы приехали сюда с замечательным расчетом убить Валерия Леонидовича Маркова.

Лицо Алисы не дрогнуло, а глаза не раскрылись широко и изумленно; напротив, вся она как-то подобралась, а каменная складка твердых губ выказала всю надменность, какая только была в ее характере.