— Вот на этом! — Мередит игриво опрокинула его на спину и принялась целовать: сначала шею, потом грудь и живот, постепенно приближаясь к его могучему члену, который горделиво вздымался из густых зарослей темных волос на лобке. Господи, когда же я это делала в последний раз? — попыталась вспомнить Мередит. Она даже не представляла, сколько воды утекло с тех пор, когда ей кого-то настолько хотелось. Или даже хоть чуть-чуть хотелось. Обвив губами страждущую плоть Ника, она принялась посасывать толстый ствол, одновременно легонько поглаживая яички. Она почувствовала, как напрягся Ник, как дрожь пробежала по всему его телу. С каждым мгновением напряжение Ника нарастало, пока наконец он решительным движением не отстранился и присел, прерывисто дыша.

— Не так быстро, — попросил он, в свою очередь опрокидывая Мередит на спину. — Полежи спокойно, малышка. Теперь моя очередь.

Он отполз назад, пока голова его не поравнялась с треугольничком золотистых завитков, покрывавших её лобок. Затем, наклонив голову, раздвинул языком влажные губки и, найдя бутончик клитора, принялся ласкать и вылизывать его с жадностью человека, голодавшего несколько недель. Восхитительное тепло разлилось в чреслах Мередит. Божественно прекрасные, ни с чем не сравнимые ощущения с каждым мгновением усиливались — Мередит быстро приближалась к оргазму. Ее тело уже содрогалось в пароксизмах наслаждения, когда Ник снова приподнялся над ней, а в следующий миг Мередит содрогнулась — одним мощным толчком Ник проник в её естество; резко и внезапно. Бедра его ритмично задвигались, а Мередит, запрокинув согнутые в коленях ноги вверх, обвила ими его спину, всецело подчинившись его ритму. Утратив всякую власть над собой, она умоляла его двигаться все быстрее и быстрее, и лишь протяжно застонала, ощутив внутри своего лона горячий выплеск его страсти. Оргазм у Ника был бурный и нескончаемый; казалось прошло несколько минут, прежде чем он не распростерся на ней, обессиленный и обмякший.

Уткнувшись лицом в копну золотистых волос Мередит, Ник судорожно дышал, пытаясь перевести дух. Когда он наконец приподнялся на локтях и, посмотрев на нее, улыбнулся, Мередит увидела, что волосы его блестят от пота.

— Да-а, — медленно произнес он. — Такого со мной никогда не было. Ради этого стоило столько ждать. Как считаешь?

— Безусловно, — прошептала Мередит, вся ещё во власти сладостных ощущений.

В ту ночь они предавались любви трижды, причем каждый раз казался лучше предыдущего. Наконец, уже в полном изнеможении, они просто молча лежали рядом, сжимая друг друга в объятиях. Нику казалось, что он готов хоть целую вечность лежать так со своей возлюбленной, не выпуская её. А Мередит думала, что никогда ещё не ощущала себя настолько счастливой и защищенной.

— Не спишь? — прошептал Ник.

Мередит, не в силах шевельнуть языком, только покачала головой.

Он стиснул её в объятиях.

— Мне тоже не спится, — сказал он. — Похоже, у нас с тобой одна проблема.

— И как, по-твоему, её лучше разрешить? — со смехом спросила Мередит.

Ник прижал указательный палец к её губам.

— Тс-с! — тихо сказал он, целуя её в кончик носа. — Я должен поведать тебе нечто крайне важное — и немедленно. Только не перебивай, пока я не закончу. Хорошо?

Мередит кивнула, глядя на него расширившимися от любопытства глазами.

— Я вот тут лежал и думал про нас с тобой, — начал Ник. — И пришел к выводу, что после случившегося не имею права отпускать тебя ни на минуту. Я хочу каждое утро просыпаться рядом с тобой, а каждую ночь засыпать в твоих объятиях. — Он присел. — Я хочу, чтобы ты переехала ко мне. Чтобы мы жили вместе. Что скажешь?

— Да, — только и ответила Мередит, не в состоянии даже представить, как могла бы жить без него.

Ник ещё раз поцеловал её.

— Господи, а ведь я, похоже, и на самом деле влюбился, — промолвил он, проводя рукой по её волосам.

Мередит подняла голову.

— Тебя это огорчает? — спросила она

— Скорее пугает.

— Почему?

Ник пожал плечами.

— Я всегда страшился влюбиться, — сказал он. — Боялся обжечься, наверное.

Мередит задумчиво посмотрела на него.

— Кто тебя ранил, Ник? — спросила она после некоторого молчания.

Режиссер нахмурился.

— Никто. А почему ты спрашиваешь?

— Лишь тот боится влюбиться, кто в свое время сильно пострадал из-за любви, — ответила Мередит. — Это ведь так, да? Скажи.

— Долго рассказывать, — уклончиво ответил Ник.

— Ничего, я не спешу, — сказала Мередит. — Если у тебя есть время, конечно.

Ник покачал головой.

— Давай как-нибудь в другой раз, — попросил он. — Не хочу портить этого волшебства.

И, откинув простыни, они вновь предались любви.

Глава 3

Нью-Йорк.

— Боюсь, что мой отец относится к этому с явным предубеждением, — пожаловался Александр, мечась по комнате, словно тигр по клетке. — Хотя не может не сознавать всех преимуществ, которые получила бы корпорация, перенеся свою штаб-квартиру в Нью-Йорк. — Стоя перед окном своего кабинета в Олимпик-тауэр, он окинул задумчивым взглядом панораму Манхэттена. Потом вдруг резко обернулся. — Джордж, ты почти все время молчишь. Что ты об этом думаешь?