Рауль, Стефания, Амандина, китайские монахи и раввины, позволившие нам познать глубину жизни и коснуться дна смерти, радостно порхали вокруг. Мы неслись обратно, пробивая один Мох за другим.

Внизу промелькнули красота, знание, терпение, наслаждение, страх.

Вот уже выход из черной дыры. Снаружи жалко мерцали звезды. Жалко по сравнению со светом, сиявшим там, в глубине. Счастливые, мы летели домой, как вдруг на нас выскочила зловещая эктоплазменная банда.

205. Философия индуизма

Человек напоминает наволочку. Одна наволочка может быть розовой, другая черной и так далее, но внутри одна и та же подушка. То же самое с людьми: один прекрасен, другой уродлив, третий благочестив, четвертый гнусен, но во всех таится один и тот же Бог.

206. Ложка дегтя

Мы все воображали, будто помирились с Горным Старцем, когда он остался без хашишинов и членов Коалиции, вернувшихся на путь здравого смысла. Не тут-то было. После нескольких политесов на нашем танатодроме его природа возобладала и принялась галопом отвоевывать отданные было позиции. Не имея в своем распоряжении мусульман, раз теперь между всеми религиями было подписано великое соглашение, он набрал себе небольшую группу танатонавтов-наемников.

Он телепатически бросил в нас фразу, что экуменизм всего лишь ловушка с усыпляющей приманкой для всех конфессий, позволяющая евреям завладеть раем.

Фредди возразил, что никто не является собственником Континента Мертвых и совершенно нормально, если священнослужители с готовностью отрицают какое бы то ни было насилие. Последний хашишин ответил, что он отлично знает, на что способны раввины, и не даст себя запутать.

Я с удивлением заметил в его группе верзилу Мартинеса, врага нашего детства, который едва не пролез в отряд тюремных танатонавтов. Сейчас он нас ненавидел, хотя мы в свое время спасли его от неминуемой гибели. Странно все же, что люди, навредившие вам, считают, что во всем виноваты вы сами. И если вы к тому же окажете им услугу, тогда их ненависть вообще уже не будет знать никаких границ.

Наемников было больше, чем нас, и я сильно испугался. Глупо все же умереть после такой эпопеи!

Но Фредди знал, что Горный Старец пришел за ним одним. Просто оттого, что Фредди стремился его понять и подружиться с ним после того, как Старец пытался убить его. Хашишины вели себя так же, как Мартинес.

Прежде чем мы смогли его остановить, Фредди, чтобы защитить нас, отцепил от нашей связки свою пуповину и попробовал выполнить отвлекающий маневр.

– Быстрее улетайте, – приказал он. – Если мы останемся вместе, не вернется никто.

Мы заколебались, но его телепатические окрики были столь властными, что нам оставалось только подчиниться и силой тащить за собой Амандину, которая любой ценой хотела сражаться бок о бок с мужем.

– Фредди! – кричала Амандина.

– Уходите, оставьте меня, я превращусь в Ламедавав!

Он принялся раскручивать свою серебристую пуповину как эктоплазменное лассо. Хашишины окружали его.

– Фредди!

Пожилой маг махнул нам рукой.

В наших ушах прозвучали его последние слова:

– Уходите! Я перевоплощусь как можно быстрее. Следите за рождением ребенка, у которого будут те же инициалы, что у меня. Он узнает мои личные вещи. Улетайте скорее и повторяйте: Ф. М.!

Он получал удары и отвечал на них. Благодаря опыту, полученному в сражении за рай, слепой раввин сумел быстро перерубить пуповины нескольких нападавших, пока они к нему подбирались.

Придя в себя, в бой ринулась и Стефания. Мы последовали за ней, но было уже поздно. Горный Старец перерезал пуповину Фредди.

Последний прощальный жест, и раввина повлекло к свету.

Наемники обернулись к нам.

– Вместе против дураков! – закричал Рауль.

Лицом к лицу, плечом к плечу. Амандина отважно билась с Мартинесом. Роза отражала атаки двух враждебных душ. А я – вот невезенье! – оказался один на один с Горным Старцем!

Это не сулило ничего хорошего. Я насколько мог уклонялся от ударов. Ему было легко с таким жалким бойцом. Он душил меня моей же пуповиной. Моей душе было больно. Старец сдавливал и перекручивал мою пуповину. Я уже приготовился услышать звук лопающейся струны и отправиться назад к архангелам, когда его хватка вдруг ослабла. С легкостью разделавшись с Мартинесом, Амандина подскочила сзади и одним ударом оборвала пуповину упрямого хашишина. Старец был безмерно поражен: это же надо, получить в последнюю минуту нокаут от женщины!

Привыкнув отправлять людей в искусственный рай, он подозревал, что правда на самом деле менее привлекательна. Он отчаянно пытался связать обрывки своей серебристой пуповины двойными морскими узлами, но смерть, как и жизнь, не дает второго шанса. Может, у кошек и впрямь девять жизней, но вот с человеком дело обстоит по-другому. Пропал так пропал. Ни один из хашишинских узлов не держался.

Хлюп!